До конца последнего урока оставалось четыре минуты, я уже начала складывать в сумку ручки, но неожиданно в дверь постучали, и в кабинет вошла классная руководительница Ольга Максимовна. Она была очень взволнована.
– Послушайте, класс! После урока никуда не уходим! Сразу же после звонка идите в актовый зал! У учителя музыки Корнилова Арсения Петровича есть для вас одно очень важное сообщение!
– У учителя музыки?! А мы тут при чем? У нас музыки уже год нет! В девятом классе закончилась! – изумились ученики.
– Вот приходите в актовый зал и вы все узнаете! Поверьте, такого в нашей школе еще не было! – интригующе сказала классная и вышла из кабинета.
Оставшиеся минуты урока весь класс переглядывался и не мог понять, зачем мы нужны «музыканту». Одно дело, если бы вызвал завуч, а другое – учитель музыки! Но когда мы вошли в актовый зал, то удивились еще больше: в зале собрались не только мы, но еще и другие классы. Людей было столько, что не протолкнуться.
Я внимательно осмотрелась, подыскивая свободное кресло, и неожиданно увидела Дениса. Он сидел в пяти метрах от меня и разговаривал с каким-то парнем. Я села как можно дальше. Рядом со мной устроилась Тамара.
Вскоре на сцену вышел мужчина, по внешности очень похожий на Эйнштейна – с кудрявыми взъерошенными волосами и видом профессора, и замахал руками:
– Тихо! Тихо! Я прошу тишины!
Я никогда не видела учителя музыки в этой школе, но почему-то мне сразу же стало ясно, что это именно он.
– Дорогие ученики! У меня есть для вас фантастическая новость! То, что я сейчас скажу, – это просто уникально! Ровно через месяц на телеканале «Шоу-TV» начинается новое музыкальное шоу, и называется оно «Музыкальная школа»!
– «Музыкальная школа»? – переглянулись ребята. – И что это значит?
– Суть этого конкурса в том, что в нем будут участвовать школьники! Они будут соревноваться в пении!
Я замерла, услышав эти слова.
– От каждой школы будет послано на съемки в Москву два участника – парень и девушка. Всего в передаче будет сорок человек – двадцать парней и двадцать девушек. Участники станут выступать парами – каждая пара представляет одну школу. Победителей будет двое – парень и девушка из одной школы.
– Так их будут показывать по телевизору?! Кру-у-то! – изумился зал.
– Чтобы стать участником основного состава, нужно пройти четыре этапа. Первый этап был таким: весной школы подавали заявки, и из них отобрали школы с самым лучшим потенциалом. Наша школа прошла этот отбор. Теперь начинается второй этап: учитель музыки должен отобрать десять человек – пять мальчиков и пять девочек, и через неделю после отбора нужно провести в школе концерт с участием этих людей. И тут начнется третий этап. На этот концерт приедет один из ведущих передачи, и из десяти человек он выберет только двух – парня и девушку, и эти люди поедут в Москву, чтобы участвовать в предпоследнем, самом важном отборе. Это будет четвертый этап. В Москву приедут двести человек, то есть сто пар со всей России, состоится грандиозное прослушивание, и во время него ведущие будут отбирать основной состав участников – сорок человек, то есть двадцать пар, двадцать разных школ нашей страны!
– Вот эта да! – выдохнул зал. – Так, а когда будет второй этап? Когда вы начнете отбирать участников?
– Сегодня! Сейчас! Прослушивание состоится через полтора часа!
– Уже?! – подпрыгнули все.
– Да! Мне позвонили из программы и сказали, что к нам уже едут операторы! Они хотят вас поснимать, а потом будут показывать эти кадры в передаче. Сейчас 13.00. Ровно через полтора часа, в 14.30, здесь, в актовом зале, начнется прослушивание. Все, кто хочет участвовать в отборе, подходите к Светочке, – на этих словах все головы повернулись, видимо, к Светочке – маленькой худой блондинке с испуганными глазами, – и она вас запишет.
У меня учащенно забилось сердце.
Учитель объявил песенный конкурс!
Как же мне хочется в нем поучаствовать!
Но в следующий момент я себя остановила. Зачем? Зачем мне участвовать, если у меня нет голоса?
Однажды прослушивание я уже проходила… Преподавательница сказала, что у меня нет вокальных данных. Арсений Петрович скажет мне то же самое… Но это будет еще позорнее, чем в прошлый раз, теперь это покажут по телевизору!
То, что я иногда пою в караоке, – это ничего не значит, там все поют. А петь на профессиональной сцене, да к тому же в присутствии жюри, это совсем другое дело. Жюри сразу же поймет, что я безголосая.