Само собой, содержание настоящего, живого кота влетало в круглую сумму - чего только стоил один кошачий СУЗ, который должен был надеваться и сниматься по команде оператора, не причиняя никаких неудобств зверюге.
Плюс кошачье жилище, построенное по всем правилам зоопсихологии и специальная феромонная разметка безопасности по всему кораблю, следуя которой, кот легко бы добирался до своего уютного домика.
Шевар не просто любил котов, казалось, он им поклонялся. Например, на вопрос, будут ли они делать остановку на Нуре, он поворачивался к вальяжно распластавшемуся на приборной панели Рыжу и спрашивал:
- Ну что, милый, полетим туда?
- Мяу, - отвечал Рыж.
- Не полетим, - качал головой капитан, - ему там не нравится. А Вольфэн, Рыж?
- Мяу, - изрекал кот.
- А вот Вольфэн подойдёт. Там закупимся.
Команда относилась к сложившейся ситуации неоднозначно. Кто-то считал, что у Шевара и впрямь проблемы с головой, а кто-то предполагал, что капитан таким изощренным способом всех троллит. Воробьёв и сам склонялся к этой версии. Ровно до тех пор, пока Рыж не пропал.
Они выполняли ординарный рейс на Колхан, везли научное оборудование и что-то ещё по мелочи, находясь в нульсе уже третью неделю.
Когда прозвучал общий сигнал тревоги, Воробьёв отдыхал после вахты. Он вскочил и стал натягивать брошенный рядом комбинезон. Посреди каюты возникло белое лицо Шевара.
- Всем искать Рыжа! - заорал он. - Рыж пропал! Система не может его найти! СУЗ на месте!
И отключился.
Воробьёв застыл. Поднимать всех по тревоге из-за пропавшего кота?
В коридоре он наткнулся на Максимуса Кодорниза, тот забирал волосы в хвост и бормотал под нос ругательства.
- Макс, привет, - поздоровался Воробьёв, - есть слепые зоны на корабле?
- Я знаю две, Саш, - Кодорниз называл Воробьева по имени, - ну если честно, окажись котяра за бортом, я бы не слишком расстроился. У меня через два часа вахта, а тут этот пучок шерсти.
Воробьёв сделал круглые глаза, но Кодорниз только махнул рукой. Вдвоём они посетили сначала ходовую развязку, потом второй блокировочный пост - кота не оказалось ни там, ни там.
Вокруг сновали ремонтные боты, переквалифицированные в поисковые кибы, ходили небритые люди, в общем веселье набирало обороты.
- Ладно, - в итоге сдался Кодорниз, - мне пора заступать. Этот усатый мог забраться куда угодно.
Он отвалил, а Воробьёв продолжил поиски.
Он решил вернуться к точке, где в последний раз система зафиксировала кота. Странно было то, что исчезла тепловая сигнатура животного. И вариантов здесь на самом деле было немного - либо кота нет вообще, либо он в слепой зоне.
Воробьёв зашёл в пищеблок и внимательно осмотрелся. Затем заглянул во все открытые ящики и контейнеры. Пусто. Только брикеты и упаковки с едой.
- Куда ж ты делся? - произнёс он вслух.
За его спиной раздалось тихое шуршание. Воробьёв обернулся. Из упаковок с вяленой рыбой осторожно высовывалась кошачья голова.
- Понятно. Пожрал и решил там же заночевать.
Он осторожно извлёк Рыжа и взял на руки. Тот лизнул его в щеку.
- Ах ты животина. Кодорниз из-за тебя не выспался.
Запищал датчик над головой. Через минуту в пищеблок влетел бледный Шевар и схватил Рыжа в охапку.
- О мон ами, мон ами, как же ты меня напугал! - запричитал он. - какие только мысли я не передумал!
И обратился к Воробьеву:
- Где ты его нашёл?
Воробьёв указал на контейнер с рыбой:
- Вот здесь. Упаковка оказалась неплохим экраном для инфракрасного излучения, а он закопался как крот.
- Понятно, - капитан с восторгом воззрился на своего любимца, - ты оказывается умеешь как крот. Сколько у тебя талантов!..
Спустя два рейса Воробьев подал рапорт о переводе на "Ламех Малки".
Кодорниз примерно в то же время перешёл на "Астру". И начинал ругаться каждый раз, если в разговоре упоминали капитана Шевара или "Гирлянду".
***
Они посмеялись и Сатин заключила:
- Что делать, любят эти зверюги забираться во всякую дыру. То в коробку, то в контейнер...
Она запнулась.
- Ты чего, Воби?
Глаза Воробьева сузились. Минуту он сосредоточенно молчал, а затем поднял голову и приказал:
- Эмерис, свяжи меня с капитаном.
7. Решение.
- Нам нужно попасть внутрь разрыва, - задумчиво повторил капитан, - а для этого...
А для этого требовалась всего лишь "малость":
1. Сделать конусный расширитель, убрав часть обшивки корабля, с выходным диаметром в 7 с небольшим километров на внешней стороне ветви А. В вершину конуса поместить узел 111-17.
2. На борту "Ламеха Малки" хранились два нульс-разведчика, каждый размером с бокс, в котором пребывали сейчас Воробьёв с Сатин. Один из них можно было задействовать для проникновения в разрыв, второй держать в резерве. И поскольку перед стартом в нульс сбрасывались потенциалы реакторов, конусный расширитель должен был безопасно отвести ударную антигравитационную волну во внешнее пространство. Конечно, она не такая сильная, как у "Ламеха Малки", но без экранирования могла бы разрушить 12-15 секций. А это уже катастрофа.