- Хорошая идея, - согласился Воробьев, - Передай ее капитану!
- Агу, - Эмерис включила игривость, - а с тебя бутылка этойского шипучего, дорогуша.
- Даже две, - со всей серьезностью ответил Воробьев и поднял большой палец вверх.
***
Пять дней спустя они стояли в рубке и наблюдали, как бот закручивает последний фиксатор в вытянутую конструкцию модайна.
- Скоро узнаем, - пророкотал Э, - дверь мы нашли или глухое окошечко.
Он курсировал по помещению рубки с чашкой кофе и свежеиспеченым рогаликом.
Лакан, изображая морскую звезду, лежал в комформном кресле. На его бесстрастном лице двигались только глаза.
Сатин с ногами забралась на центральную приборную стойку и крутила в руках сферу Хольца - стохастическую головоломку.
Гахади, как обычно скрывался в навигационном подотсеке.
- Луи Бламанд и Руф Расжак присоединятся к трансляции через пять минут, - сказал Воробьёв.
Капитан кивнул, не прекращая ходить.
- А Савойский центр с Ардоли?
- Они не будут. Как обычно слишком заняты. Им просто нужны результаты наших изысканий.
Капитан снова кивнул.
- Приступаю к диагностике, - сообщила Эмерис.
Шпиль модайна на экране скрылся в кольцевых разрядах.
- Диагностика завершена. Ориентирую модайн.
Шпиль развернулся в сторону узла 111-17.
- Ориентация по центру разрыва завершена. Рысканье завершено. Начинаю прослушивание.
На втором экране потекли строчки данных.
- Пусто, - мрачно заметил капитан. - Только эхо переговоров наших пассажиров.
- Пока пусто, - по радиоканалу поправил его Гахади, - пусть все сигнатуры попробует.
- Не учи ученого, - буркнула Эмерис.
Она включила распознавание любых видов данных, включая нерегулярный язык хишей - сущее наказание для лингвистов.
- Постой-ка, - сказал Воробьев, - а почему мы слышим эхо переговоров наших пассажиров?
Сатин изменилась в лице и спрыгнула на пол.
В этот момент раздался протяжный перезвон нульс-звонка.
- Принять! - отрывисто бросил Э. Он скомкал рогалик, не замечая этого.
- Доброго времени, капитан! - начал с традиционного приветствия Бламанд. - Это Руф Расжак, она признанный специалист в физике нульса.
Престарелая Расжак важно кивнула. Но произнести ничего не успела.
- Зафиксирована двойная передача! - выпалила Эмерис. - Прием идет с обоих модайнов.
У Воробьева все поплыло перед глазами. Звезды, вот оно! Как все просто. Разрыв внутри связан с нульсом снаружи. Они получили "кротовую нору", которая до сегодняшнего дня была лишь красивой гипотезой.
У себя Расжак даже привстала с кресла.
- Невероятно! - пробормотала она.
- Внимание! - загремела Эмерис. - Зафиксировано увеличение разрыва со скоростью 27 метров в секунду. Начинаю экстренную эвакуацию пассажиров с близлежащих секций.
- Отрубай внутренний модайн! - проревел Э.
Вот уж бесполезно, с тоской подумал Воробьев, абсолютно бесполезно и бессмысленно. Звезды, что они натворили.
8. Пауза
- Остановилось, - произнесла Сатин.
Воробьев опустился на пол. Он не верил.
- Так, - сказал капитан, - на сегодня все. Господин Бламанд, госпожа Расжак, прошу прощения, но команде нужен отдых. Мы, с вашего позволения, продолжим через сутки. Всего доброго!
И прервал связь.
9.
Они лежали на мягком полу в кают-компании и разговаривали.
"Почему", спрашивала Сатин, "ты решил конструктивно удалить часть корабля? Ведь можно отогнать нульс-разведчик на расстояние в одну световую минуту, сбросить потенциалы и вернуть обратно".
"Можно", соглашался Воробьёв, "вот только как ты попадёшь внутрь сегмента, где находится узел? Но ты права, конусный расширитель можно заменить на тунель без особой экранировки."
"И что нам теперь делать с этой сферой, диаметром в три километра?"
"Не знаю", безмолвно отвечал Воробьёв, "пусть теперь с этим Расжак разбирается."
Они разговаривали через нейроинтерфейс, чтобы не нарушать тишину в каюте. Так легче думалось.
Сатин вздохнула и перевернулась на бок.
"Как она вообще могла возникнуть, эта дыра, Воби? Может потому что "Ламех Малки" такой огромный?"
Он пожал плечами.
"У нас 4 галактоорбитальных звездолета такого класса, включая наш. "Ламех Малки", "Персей", "Центавр", "Возничий". Все они - близнецы. Все одинаково, вплоть до последнего крепления..."
"Этот всплеск, который зафиксировала Эмерис..."
"Они возникают и на других звездолетах, Сатин. Эффект сверхзапитки - пустяшный эффект. Ничего особенного"