Между моих ног расположилась будоражащая твердость, и мне поскорее захотелось ощутить её внутри себя. Словно прочитав мои мысли, Артём направился со мной на второй этаж и там, положив аккуратно на кровать, принялся за снятия последнего оплота моей крепости. Трусики опустились на пол. Я изнывала под его изучающим взглядом и в приглашающем жесте раздвинула ноги.
Он нежно коснулся пальцами внутренней стороны бедра, неспешно поднялся вверх и на долю секунды остановился перед входом в лоно. Его лицо было сосредоточенным и на висках выступили небольшие капельки пота от сдерживаемого желания. Ладонь непроизвольно сжала лобок, указательный палец прошелся по промежности, остановившись на самой чувствительной точке и принялся вращательными движениями доводить меня до безумия. Бедра сами задвигались в ускоренном ритме, помогая поскорее избавиться от напряжения.
Всё это время мы не разрывали зрительный контакт, и выражение его лица распаляло меня ещё больше. Он словно упивался моими стонами наслаждения, глаза горели неконтролируемой страстью и, уловив мои сокращения, тут же расположился между ног.
Я заметила, как он потянулся к прикроватной тумбочке и, отодвинув ящик, достал упаковку презерватива.
- Я хочу без него, - моя рука потянулась к серебристому четырехугольнику и положила его назад. – Хочу тебя всего, целиком.
- Злата, я настолько сейчас не контролирую себя, что могу и не успеть. Это рискованно.
- Давай об этом буду переживать я, – я увидела в его глазах нерешительность. - Что, боишься последствий?
- Я мечтаю о ребёнке от тебя. В этом можешь даже не сомневаться. Но я не могу просить о таком. Тебе ещё рано. Ты учишься…
- …ты словно моя мама, - перебила я. - Позволь мне самой принимать решения.
- Хорошо! – он в сомнении прикусил нижнюю губу. - Я буду внимательным.
Я неотрывно наблюдала за тем, как он, прикрыв глаза, осторожно вошел в меня. Одновременный стон удовольствия сорвался с наших губ. Обхватив его спину ногами, я сильнее прижалась к нему.
Он мой. Всецело, с ног до головы, он мой. Я никому его не одам. Хочу растворяться в нем до последнего атома, сливаться с ним в каждом ударе сердца и носить под этим сердцем его частичку. Осознание этого оглушило меня, накрыло теплой волной и разлилось по венам приятной истомой.
Мне было так хорошо, что хотелось кричать на весь мир. И я кричала. Я слышала хриплые стоны Артёма, упивалась его эйфорией.
Его губы были везде. Он прокладывал огненную дорожку из поцелуев по моей груди, засасывал соски, ласкал языком ключицы и возвращался назад к моим губам. Мы целовались неистово, словно виделись в последний раз, и внутри меня росло осознание того, что дороже его нет никого на свете. Я принадлежала ему всей душой, всем сердцем.
- Я люблю… тебя, слышишь? – доносилось до меня словно из глубин тоннеля.
- Я люблю тебя, - эхом отвечала я.
Наши пальцы переплелись.
Мы черпали силу друг в друге для продления наслаждения. Чтобы хоть как-то заглушить свои стоны, я покусывала плечи Артёма и это распаляло его ещё больше.
Приближалось то мгновение, когда отрываешься от земли и начинаешь улавливать сначала замирание, а потом сумасшедшее сокращения внутри. Я теснее прижалась к Артёму, ещё крепче обвила ногами, не давая возможности выйти из меня в ответственный момент.
- Не останавливайся, прошу тебя, - молила я.
- Что ты со мной делаешь? – со стоном произнес он и полностью опустился на меня, содрогаясь всем телом.
- Ставлю на себе твою метку, – счастливо ответила я, наслаждаясь его тяжестью.
- Пускай первой будет девочка, - неожиданно произнес он через пару минут, подымаясь на согнутых локтях и заглядывая мне в глаза. – Такая же нежная и красивая.
- Нет, первым будет мальчик, – со стопроцентной уверенностью заверила я и, заметив восторженный блеск его глаз, добавила: - Но над этим ещё придется поработать.
- С тобой – хоть всю ночь напролет.
Глава 25
Утром нас ожидал приятный сюрприз.
Мы были на кухне. Я готовила блинчики, а Артём следил за каждым моим движением, словно кот, перед которым сейчас поставят миску со сметаной.
Настроение было приподнятое, всё-таки 31 декабря.
После вчерашней ночи, наши чувства окрепли в разы, завязались в прочные узлы и пустили такие глубокие корни, которые словно паутина оплели мое сердце. Я чувствовала, с Артёмом происходили те же изменения.
Мне нравилось ловить на себе его взгляд, видеть улыбку. Такие моменты очень ценны, их хочется продлить, как можно дольше.
Среди этой гармонии раздался стук. Стучали в дверь, громко так, с небольшими промежутками, словно выбивали какую-то мелодию. От неожиданности я выронила лопатку, а Артём сразу насторожился и, поднявшись со своего места, направился в гостиную. Я хвостиком увязалась следом.