- А защитить никак?
- Никак. Это очень примитивная техника. Ты сейчас будешь вещать буквально на весь свет. Я буду менять частоты. Молись, чтобы связисты крейсера отслеживали эфир. У тебя есть позывной?
- Конечно, - я чуть усмехнулся. - Ну что, поехали?
Она кивнула.
- «Скорый», «Скорый», я «Птаха», как слышите, прием? - заговорил я.
Не помню, сколько раз я произнес эти слова. Я не считал, а если бы и считал, но сбился бы со счета. Мне казалось, что прошла целая вечность, когда в наушниках неожиданно раздалось:
- «Птаха», я «Скорый», слышу вас хорошо. Прием! Вы где?
Анна вздрогнула, по моему лицу поняв, что я получил ответ.
- Краснова сбежала на шлюпке, бросив меня в процессе поисков, - ответил я. - Меня нужно забрать с планеты. Как поняли? Прием.
- Результат удовлетворительный? - раздался новый голос. Видимо, связист переключил меня на рубку. - «Птаха», как слышите? Я спрашиваю: вы нашли то, что искали?
- Да, нашел, - я посмотрел на Анну. Она вскочила. Я развел руками, словно говоря: «А что мне остается?», и жестом велел ей сесть. Как ни странно, она послушалась. - Заберите нас.
- Где вы находитесь?
- Попробуйте отследить сигнал.
- Оставайтесь на связи.
- Не тяните. Нас наверняка слушают.
- Вас понял. - Не прошло и минуты, как в наушниках вновь раздался тот же голос. - Координаты определены, уточните место встречи.
- К северу от деревни есть большая поляна. - Я приметил ее во время наших тренировочных конных выездов. - Давайте там. Я разожгу костер для ориентира.
- Хорошо. Мы отправляем катер. Конец связи.
Анна вырубила передатчик. Я сбросил наушники.
- А что мне было делать?!! - воскликнул я. - Они бы иначе не полетели. Я не единственный, кого можно отправить на Землю искать тебя! Я просто пешка. И к тому же неудачник. Меня спокойно пустят в расход.
- Не говори так, - сердито сказала Анна. - Они бы все равно за тобой вернулись.
- Сомневаюсь, - пробормотал я. - Мне нужно идти.
- Удачи, капитан Артемьев.
Я медлил, глядя на нее. Это оказалось не так легко: взять и нарушить слово. Обмануть ее доверие. Применить силу к хрупкой девушке, в конце концов. Но выбора у меня по-прежнему не было.
- Прости, - сказал я.
- За что.
- За это. Вставай. Ты пойдешь со мной.
Она догадалась сразу. Все же ее наивность протиралась лишь до определенного предела, не переходя в клиническую глупость.
- Нет! - Она вскочила. - Нет! Не подходи!
Зря она поднялась со стула. Это была ошибка. Конечно, я все равно бы с ней справился, но понадобилось бы чуть больше времени и сил, и кто знает, вдруг эти минуты оказались бы решающими. Да и ударить сидящую женщину мне было куда сложнее психологически. Но Анна вскочила, облегчив мне задачу. Я вспомнил все то, чему меня научили за это время ребята-дружинники, сжал кулак и с размаху ударил ее кулаком по уху. Она жалобно вскрикнула, схватилась рукой за пострадавшее ухо, но не упала.
Тем хуже было для нее. Я приблизился, схватил ее за руку и выдернул из-за стола. Она плакала от боли, но пыталась сопротивляться. Без толку. Я скрутил ей руки и повалил на пол. Она закричала, но я рывком оторвал край рукава от ее платья, скомкал и засунул ей в рот. Она оцарапала мне руку, за что немедленно получила оплеуху и обмякла. Я оторвал рукав окончательно и завязал ей рот, так чтобы она точно не вытолкала кляп. Осталось связать ей руки, и дело будет сделано. Я хотел оторвать шнур от наушников, но в последний момент остановился. К черту. Этот антиквариат - последнее, что есть у бедных сектантов. Справлюсь и своим ремнем, брюки не потеряю.
Я связал Анне руки за спиной, рывком поднял на ноги и вывел на улицу. Она вырывалась, мычала, несколько раз пыталась упасть на землю. Я понимал: если нас увидят, мне конец. На месте, конечно, не убьют, но вот потом, когда все выяснится, пощады не будет.
Я бы давно оглушил девушку, чтобы дотащить до конюшни спокойно, но боялся не рассчитать силу удара. Мертвая Анна Бовва вряд ли устроила бы СБС, да и я не хотел брать на себя такого. Поэтому я тащил ее за собой до самых конюшен едва ли не волоком, матерясь сквозь зубы и молясь о том, чтобы никто не попался нам по дороге. Конюшни не охранялись, и ночью здесь никого не было. Обычаи играли мне на руку. Я втащил Анну внутрь и швырнул на пол.
- Замри, а не то я спущу лошадей, и они тебя затопчут! - пригрозил я.
Это было не очень просто сделать, но я надеялся, что девушка этого не знает. Сработало - Анна притихла. Я отвязал Орлика, погладил по шее. Я понятия не имел, как он отреагирует на дополнительный груз, который, к тому же, орет и дергается, но колебаться было некогда. Я быстро набросил на гнедого седло, закрепил подпругу. Поразительно, как быстро я научился этому. Руки все делали сами, как будто я имел дело с лошадьми всю жизнь. Я еще раз погладил гнедого и за узду подвел его к Анне. В темноте я не видел ее глаз.