Выбрать главу

- Можете забрать назад.

- Нет, у судьбы другие планы.

- Что, мне с ним делать?

- Раз ты человек, твоё старение замедлиться, регенерация будет быстрей, и ты, наверное, заметила, у тебя появились способности, но теперь ты должна нам души.

- Я не хочу никого убивать! Я хочу воспользоваться часами, и попробовать всё изменить, – с дрожью в голосе ответила старейшине.

- Бросив камень в воду, ты не сможешь контролировать круги.

- Я не понимаю вас.

- Исправляя одно, затронешь другое. Если Замарис отдал тебе мой дар, значит, он посчитал, что ты сильная и справишься с этим. Я не буду вмешиваться. Но и службу тебе нести придется по всем правилам и законам.

- Что мне нужно делать?

- Макс был предводителем падших ангелов. Ты узнаешь их среди людей, и они почувствуют тебя. А ещё душа, которую ты заберёшь, никогда не переродиться и не попадёт в рай.

- Вив ты здесь? – услышала за спиной голос Арчера.

Повернулась сказать "Сейчас иду."

- Но я … - посмотрела по сторонам, а старейшины уже не было.

Визуализация персонажей

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Надежда

- С кем ты разговаривала? – подошёл ближе Арчер.

- Здесь был Старейшина.

Арчер поменялся в лице, и даже не пытался скрыть тревогу в глазах.

- Что он сказал?

- Я должна ему души, и вмешиваться он не будет,– я посмотрела на Арчера, в моих глазах читался испуг, – Я не смогу, – прошептала я, сжала пальцы в кулак, мне хотелось рушить и ломать, кричать от бессилия, или кого-нибудь ударить, я со злости ударила кулаком в бетонную стену, проломив её насквозь.

Посмотрела на свою руку, кожа содралась, выступила кровь, но сильной боли, как токовой не было.

- Как это понимать?

- Сила в тебе растёт, ты должна контролировать себя, – Арчер обнял меня за плечи, – Если совсем невмоготу иди, сломай что-нибудь,– улыбнулся он.

- Ты не обязан сомной нянчиться, – я прошла мимо него, в доме было темно, включила на кухне свет, налила стакан воды, перевязала руку, на глаза попалась кастрюля. Взяв её в руки, я надавила на бока, метал послушно, как пластилин сжался в моих руках и превратился в плоский овал с торчащими по бокам ручками. – Ха! – воскликнула я. – Ты это видишь, ты тоже так можешь? – спросила у вошедшего следом за мной Арчера.

- Мы не показываем свою силу, это запрещено.

- Ты такой же, как Макс? – отложила изуродованную кастрюлю в сторону, выпила воду, рассматривая пустой стакан.

- Нет. Мы по природе очень сильные, и у меня нет крыльев. Очень давно, я сделал такую же татуировку, как у Макса, и дал клятву верности. А потом это переросло в ритуал. Каждый, кто вступает в наши ряды, обязан присягнуть на верность и сделать татуировку.

- И много вас? – вздохнула и потёрла уставшие глаза, – Но у Макса были чёрные крылья,– я часто вспоминала чёрные с переливом крылья.

- Да. Нас достаточно. Ты плохо выглядишь, иди, тебе нужен отдых, а крыльлья у него одного, это награда.

Я поднялась в спальню, Тая мирно спала, закутавшись в одеяло. Я легла рядом, тихонько, боясь её разбудить. Закрыла глаза, не знаю, сколько прошло времени, я подскочила в кровати от того, что мне казалось, что кто-то находился в комнате. Чёрная тень наблюдала за мной, по телу побежали мурашки. Я села, всматриваясь в темноту, в комнате никого не было. « Неужели показалось?»

Я так больше и не заснула, мне было страшно закрыть глаза. Как только показался на горизонте рассвет, я тихонько спустилась на первый этаж, накинула куртку и вышла на улицу. Приятный холодный ветерок полностью прогнал страх ночи, теперь казалось всё игрой воображения.

Спускаясь по бетонным плитам, я вспомнила, как ненавидела этот дом. Теперь я понимала, что Макс пытался меня защитить и уберечь, от тех, кто пытался меня использовать в своих целях. Я долго бродила по пляжу, старалась сильно не думать о прошлом, не будоражить воспоминания, я пыталась спрятать те чувства и эмоции, которые вновь и вновь всплывали в памяти. Я запретила себе думать о семье, я не хотела вспоминать, как мне тяжело далось встать и пойти. Я не хотела думать, какая я идиотка, что не верила Максу, и дура, тоже я. Сделала глубокий вдох, чтоб прогнать выступившие слёзы, мне нельзя раскисать, от меня многое зависит. Прогнав оставшуюся печаль, я вернулась домой.

На кухне жизнь кипела, Катарина с Маркусом готовили, Тая сидела за столом и что-то писала.

- Всем привет! – я прошла и села на стул.

- У тебя совесть есть? – спросил у меня Маркус. – Я, конечно, всё понимаю, но кастрюля то причём?