— Ты все уладил? — поинтересовался он у Игната.
— Да, — он бросил на нас обеспокоенный взгляд и нахмурился. — Что вы делаете? Почему ты в таком виде?
— Пришлось помочь ей в ванной.
Андрей поднялся с кровати.
— Не переживай, ничего лишнего, — он явно задирался, используя свой привычный насмешливо провоцирующий тон. Нежный Андрей, который только что сжимал меня в объятиях, исчез, но я знала, что он все еще там.
Кулаки Игната сжались.
— Игнат… — тихо попросила я, не в состоянии смотреть, как они начнут выяснять отношения.
— Я, пожалуй, займусь Полиной, если ее еще не обнаружили, — Андрей оглянулся на меня, — а потом придумаю объяснение для Инги, — бросил Андрей Игнату и скрылся в ванной, я смотрела на дверь, пока он не вышел обратно, в его руках была футболка, ботинки и… мое платье.
Мне хотелось остановить его и попросить остаться, но я молча наблюдала, не в силах сказать что-то.
— Я все уничтожу, — бросил он сухо нам, даже не смотря в сторону кровати, и быстро вышел из комнаты, хлопнув дверью.
— Как ты… — Игнат приблизился к кровати.
— Мне лучше… — выдавила из себя в ответ. Я поняла, что нахожусь в комнате Игната, за окном уже появились первые лучи рассвета, — мне… мне наверное надо уйти к себе. Могут быть проблемы.
Я слезла с кровати, застыв перед парнем.
— Ты можешь остаться здесь, отдохни и поспи, вечером уйдешь к себе, я принесу тебе какую-нибудь одежду со склада. Более подходящую, чем моя рубашка.
— Спасибо.
Неожиданно Игнат сделал шаг ко мне и обнял, притягивая к себе, почти так же, как обнял Андрей, совсем недавно.
— Ты меня так напугала, — прошептал он мне на ухо, я обхватила парня руками, — влетела ко мне вся в крови и начала кричать.
— Я не знала куда пойти, — прошептала я.
— И правильно сделала, что пришла ко мне.
— Я накричала на тебя на вечеринке, ты, наверное, зол.
— Нет, не капельки, я сам виноват.
Игнат немного отстранился, заглядывая мне в лицо.
— Все будет хорошо Лена, — он взял в ладони мое лицо, — все скоро закончится.
— Ничего не закончится, — прошептала я, чувствуя, как на моих глазах наворачиваются слезы.
— Нет, — его большой палец коснулся щеки, стирая слезы, — закончится. Потому что …
— Вот видишь, ты не можешь привести в пример ни одной причины, по которой все бы наладилось. Тут не может быть ничего хорошего. Мне кажется, я, в конце концов, умру в этом месте, — мой голос дрогнул.
— Не умрешь, — отрезал Игнат, и на его лице появилась решимость, — потому что мы сбежим отсюда.
Слова парня не сразу дошли до меня.
— Что? — переспросила я, поднимая глаза и вглядываясь в его лицо. Мне точно послышалось.
— Мы сбежим отсюда, Лена.
Нет, мне точно не послышалось, мое дыхание перехватило от этих слов, но в голове сразу же возникло множество других, уже не таких радостных мыслей.
— Бежать некуда… нас не отпустят, найдут… — пробормотала я.
— Ты не дослушала, — Игнат был серьезный, и можно было не сомневаться, что он не шутит, — мы не просто сбежим, сломаем всю систему. Я обо всем позабочусь Лена.
— Но как… — прошептала я, не веря в то что слышу.
— Доверься мне, чем меньше ты знаешь, тем лучше, тем в большей безопасности ты будешь. Я расскажу тебе, когда будет нужно, твоя задача просто быть сильной и готовой ко всему. Просто знай, что я обо всем позабочусь.
— Это был твой секрет? — спросила я, вспоминая слова парня.
— Да. Это один из моих секретов.
— А какой второй? — дрожь ушла и я вслушивалась в слова Игната, казавшиеся фантастическими, но такие согревающие. В них звучало самое сладкое слово, свобода.
Игнат приблизился, и я осознала, что его руки касаются меня, а лицо находится совсем близко, по телу побежали мурашки от воспоминаний о нашем последнем поцелуе, произошедшем на крыше. Его руки плавно переместились на мой затылок и притянули к себе. Его губы легко коснулись моего лба. Парень отстранился. Рука Игната коснулась моей шеи, едва ощутимо, словно боясь причинить боль, он провел по тому месту, где я еще ощущала отметины от рук Игоря. Он ничего не говорил о парне, и я была благодарна. Мне не хотелось сейчас вспоминать все то, что я сделала.
— Тебе нужно прилечь и отдохнуть, ты и твое тело сегодня многого натерпелись.
Он был прав, и я начинала это чувствовать, шок отступил, и теперь я начинала ощущать, как болит моя рука в месте пореза и вместе с тем болит все тело. Я чувствовала каждый синяк и ссадину, особенно пострадали ноги, после нескольких падений и бега босиком на них было страшно смотреть.