Андрей только сильнее прижал меня к столу, не позволяя отпрянуть, его губы на миллиметр отстранились и я тут, же раскрыла рот, делая вдох, когда он укусил меня и начал целовать еще настойчивее. Парень был силен, и я почти перестала барахтаться в его руках, мне не хотелось признавать, что он потрясающе целовался и электрический ток начинал проходить по моему телу, заставляя дрожать коленки. Я ответила на его поцелуй, на секунду потеряв контроль. Это был Андрей. Как бы мне не было хорошо — это был Андрей. Я сильно укусила парня и, собрав все силы, оттолкнула его от себя.
Андрей отшатнулся, прикасаясь рукой к губе, из которой шла кровь. Я облизнула свои губы, почувствовав вкус его крови.
— Какая ты горячая, котенок, — кажется, его совсем не расстраивало, что я прокусила ему губу. Я же пыталась выровнять дыхание.
— Что ты творишь, — выпалила я, не в силах поверить, что он поцеловал меня.
— Предоставляю факты. Это был поцелуй без фальши и масок, котенок, так я целовал бы тебя и только тебя, и никогда, тех девчонок, с которыми мы тут изображали так называемую «любовь».
Я отстранилась от стола, вернувшись к своему месту, чтобы забрать вещи, мои ноги все еще дрожали.
— Тебе без разницы, кого и как целовать, — я уже готова была выбежать из кабинета, но он снова стоял передо мной.
— Если хочешь, я вообще их не буду целовать, — спокойно предложил Андрей.
— Ты можешь делать все что хочешь.
— Правда? — парень выглядел так, словно готов снова схватить и поцеловать меня и я пожалела о своих словах, прозвучавших так неоднозначно.
— С кем угодно, кроме меня, — тут же внесла я поправку в свои слова.
— Беги на урок, котенок, потом поболтаем, — на лице Андрея играла улыбка чеширского кота. Он явно был доволен, что застал меня врасплох. Мне не нужно было предлагать дважды, и я торопливо выскочила из кабинета, направляясь на следующее занятие, которое мало меня радовало. Это был урок Аллы, и мне предстояло его пережить, освободившись от мыслей, что эта жестокая, холодная женщина моя мать и именно ее кровь течет в моих жилах. Меньше всего мне хотелось быть прямо перед ней, особенно, если ей снова взбредет заставлять нас убивать бедных мышек. Я села как можно дальше и практически не слушала, что она говорила, потонув в собственных мыслях. Алла сегодня не замечала меня, в то время как я сверлила ее взглядом, пытаясь осознать мысль, что это моя мать, но все в ней было для меня отталкивающим. Каждая черточка или жесткой слово, вырывающееся из ее рта, не могло быть чем-то, что относилось ко мне. Виктор как то сказал, что я очень похожа на свою мать, значило ли это, что я такая же как она? Я не хотела быть такой. Я вспомнила Игната, был ли он похож на Виктора?
Определенно. А был ли похож Андрей на Ингу? Да! Искусный лицемер и манипулятор, наверняка в его характере было многое от Инги, чего я не замечала. Мои мысли плавно переключились на него, приближающегося ко мне и прижимающегося губами к моим губам. На секунду я представила, что даже не пыталась оттолкнуть его. Что было бы тогда? Мои губы защипала от воспоминания недавнего поцелуя. Он был бы жестче, глубже, его язык исследовал бы мой, играя, а руки скользнули бы под футболку. Он посадил бы меня на стол, и я обхватила бы его ногами, прижимаясь ближе, а еще лучше стянула бы с него футболку, коснувшись его рельефного тела.
— Тебя что, возбуждает, когда людям загоняют иголки под ногти? — раздался прямо мне в ухо шепот Жени.
Я вздрогнула, обрывая свои фантазии, которые ушли слишком далеко, и почувствовала, как краснеют мои щеки. Что она сказала? Иголки под ногти? Фу!
— Какая мерзость, — тихо ответила я девчонке.
— А по твоему виду не скажешь, — в глазах подруги запрыгали черты, — зрачки расширены, губы приоткрыты, тихие вздохи.
Неужели я выглядела так нелепо? Черт!
— Думала о нашем красавчике Андрее? — подмигнула мне Женя, — чем вы там занимались в кабинете?
— Нет, — поспешно возразила я, — он просто кое-что спросил у меня.
— Ну-ну, Альбина вон похоже до сих пор под впечатлением, я бы на твоем месте поволновалась, пол кабинета сейчас вспоминает прошлое занятие.
— Мне то какое дело, я к этому парню не имею никакое отношение.