Но я уже давно усвоил, что необходимо думать в первую очередь о своих близких и себе, а чужаков использовать к своему благу. А никем другим для меня Стагниэль не была.
Внезапно проснувшаяся совесть была с большой скоростью усыплена прагматичностью. Грустно усмехнувшись я повесил заряжаться артефакт отвлечения внимания на кожанном шнурке на шею эльфийки.
— Если кого-то заметишь то сразу активируй артефакт, — произнес я, — Он настроен так, что все что находится в радиусе двух метров от него попадает под действие.
— А как же ты? — спросила она у меня, — Ведь ты не сможешь меня видеть.
— О, тут можешь не волноваться, я внес параметры своей ауры в артефакт и на меня он не будет действовать. — произнес я уверенно. Вообще это был экспериментальный блок из гоблинских рун, блок исключений. Так что в его работе я не был уверен на все сто процентов, но процентов на семьдесят я ему доверял.
— А ты хороший артефактор, раз смог создать такой артефакт на ходу, — произнесла с некоторым уважением эльфийка.
— Ты просто не видела, что умеют делать нормальные артефакторы, а не такие недоучки как я, — вспомнил я возможности Гнорна и Анкеля, и ведь артефакторика не была их профильным направлением.
— Наш маг в приграничной крепости где я служила артефакты делал неделями, — произнесла она.
— Так это он просто цену себе накручивал. Простые артефакты делаются быстро, а вот сложные могут действительно создаваться месяцами и даже годами. — произнес я ей в ответ.
— Но для шамана у тебя неплохо получаются артефакты, — произнесла Стагниэль и даже улыбнулась мне. Правда практически сразу сделала серьезное выражение лица.
— Ну да я такой, — усмехнулся я довольно.
Вообще Стагниэль о магии знала прискорбно мало для той у кого такой мощный источник маны. Но вот как убивать магов, как избегать магии она знала прекрасно. Не знаю кого из нее хотели в итоге вылепить, но по моим ощущениям убийцу магов.
Вот только война с серыми все планы изменили. Они оказались весьма серьезными толи захватчиками, толи защитниками и эльфы не смогли быстро разобраться с ними.
А ведь в родном мире эльфов любое вступление Леса в войну почти гарантировано означало окончание военных действий. У эльфов за счет их высокой продолжительности жизни были самые сильные и самые обученные маги.
У них даже магические звания давали совершенно по другому. Так мастер магии в человеческих государствах по меркам эльфов был подмастерьем недоучкой, архимаг у них считался магистром.
Правда это высокомерие их не раз приводило к катастрофам. Вон семь сотен лет назад магистр геомант смог сравнять с землей пол центрального леса. А все из-за того, что его недооценили и отправили на разборки трех эльфийских мастеров.
Это был один из немногих случаев войны с эльфами когда о прекращении боевых действий запросили сами эльфы. Кстати этот магистр геомант до сих пор жив и является уже архимагом больше двух сотен лет. Причем не только по человеческим меркам, но и по эльфийским.
Сам он в политику не лезет, создал нечто похожее на научно исследовательский институт и теперь занимается исследованиям по внутреннему строению планеты. Анкель рассказывал, что он собирает экспедицию к ядру планеты для проведения экспериментов.
Но ему в этом активно мешает совет архимагов поскольку считает, что он желает уничтожить мир вмешавшись в работу ядра планеты. Да уж страсти там кипят еще те, настоящий змеюшник и это без учета высших магов.
— Федор, ставь защиту, — крикнула внезапно Стагниэль и ускорилась так, что яедва увидел ее перемещение. Я сразу приказал поставить защиту Земели и вокруг меня появился земляной купол. Защиту я поставил очень вовремя, со спины я почувствовал сильный удар в купол, когда обернулся увидел руку пробившую купол. Это оказалось фатальной ошибкой напавшего. Через мгновение рука провалилась вовнутрь купола уже будучи отрубленной.
— Это кто такой на нас напал? — спросил я почувствовав смерть разумного. Только после этого я дал команду снять купол.
— Бродяги, — произнесла Стагниэль, выглядела она не очень, по всему телу были синяки и раны. Изо рта тонкой струйкой текла кровь, правая рука и вовсе была сломана в нескольких местах, но при этом держала обломки земляного меча сделанного для нее.
— Ты пока помолчи, я займусь твоим лечением, — произнес я и приказал духу жизни заняться лечением эльфийки.