— Могу рассказать увлекательную историю о голой девочке, которая бегала по лесу от снежного человека, — Дэн сощурил глаза и покосился на меня.
— Нет, не надо, можете дальше обсуждать свои о-очень важные дела, — выпалила я.
Заговорщики переглянулись и рассмеялись, на лице Эммы тоже появилась лёгкая улыбка. Я смутилась и поспешно притянула к себе чашку с чаем. Теперь понимаю, что большая часть весёлых историй это преувеличенные обычные, рядовые происшествия.
— Ну вот, а ты говорил, она с нами не разговаривает.
Как ни странно, мне тоже стало очень весело. Спать уходили в хорошем настроении.
Возле кровати, стянула с себя свитер и джинсы, забралась под тёплое одеяло и сразу заснула.
Проснулась от кошмара, который после липового самоубийства начальника мучил каждую ночь. До этого мне тоже снились страшные сны, но сейчас они стали ярче, дополнились новыми деталями. Прислушалась к своим ощущениям руки похолодели, волосы прилипли к мокрому лицу, голова сильно гудела. Оглядела комнату, оказалось, что сегодня ночью спала одна. В груди было странное и неожиданное чувство сожаления. Я была одна, значит теперь мне доверяли, но так не хватало Виктора, удивительно, с ним спалось лучше. Отдышавшись, попробовала уснуть снова. Через полчаса оставила это бесполезное занятие и поплелась в душ.
Возле умывальника предусмотрительно лежала пачка широких пластырей. Смотрела на них долго, решая смогу ли сама снять старую повязку. Решила, что смогу — я не ребенок, а взрослая самостоятельная женщина.
Из ванной выходила довольная собой. Натянула новый белый свитер и джинсы.
Стараясь не шуметь, вышла из комнаты. И… была очень удивлена. Голоса Дэна и Эммы доносился откуда-то снизу. Похоже, что молодой человек переносил что-то тяжёлое, а Эмма активно руководила. Дверь в комнату Виктора была приоткрыта и он решал какие-то рабочие вопросы по телефону.
Интересно, во сколько они здесь просыпаются, даже солнце ещё спит, думала изумлённо я.
Когда спустилась вниз никого уже слышно не было. В камине не горел огонь и, вообще, было холодно и неуютно. Пошла на кухню, раз все встали, то чайник должен быть ещё горячим.
В дверь громко постучали. Я остановилась и огляделась, ждала появления Эммы или кого-нибудь ещё, не хотелось распахивать двери неизвестно кому в чужом доме.
В дверь постучали ещё раз, на этот раз настойчивее.
— Есть кто дома? Это Питер, открывайте! — послышался голос из-за двери.
Ещё раз оглянулась и, никого не обнаружив рядом, решила открыть дверь сама. Эмма рассказывала, что Питер привозит им продукты, значит он не чужой и ему можно открыть.
В нерешительности подошла к двери, осмотрелась по сторонам и открыла тяжёлую входную дверь.
На меня смотрел юноша лет шестнадцати, из под его шапки выглядывали чёрные волосы, разрез глаз выдавал в нём азиата, тонкие губы изогнулись в приветливой улыбке. Так смотрят на незнакомца.
— Привет, — заговорил юноша совсем без азиатского акцента, — ты, наверное, потеряшка, которую мне надо отвезти в город.
— А… — потерялась я с ответом.
Совсем забыла, что Виктор дал мне четыре дня и никто не говорил, что я здесь могу остаться. Да, отношения стали лучше, я даже осмелела настолько, что раскрыла свою страшную тайну, хотя выбора у меня тогда не было. Глупая. С чего это вдруг я решила, что мне готовы помочь? Поняли, что не шпионка и отпустили восвояси. От обиды даже горло перехватило. Хотя, какое я имела на неё право?
— Ау, ты где? — паренёк улыбнулся и беззлобно замахал руками перед лицом. — Ты собралась? Я сегодня не отметился с утра, поэтому тороплюсь очень, — затараторил он.
— Ах да, я сейчас. Рюкзак в комнате остался, — я впустила Питера в дом, развернулась и на непослушных ногах поспешила в свою комнату.
Рюкзак я не распаковывала, вещей было мало. Втиснула ноут к стенке рюкзака, положила сверху грязные джинсы, жаль, что не успела их постирать или хорошо, что не успела, мокрые джинсы тащить с собой совсем не хотелось. Из ванной принесла пачку широких пластырей и положила их в боковой карман вместе с другими лекарствами их вроде как для меня приготовили.
Собиралась в спешке, может забыла что-то не очень важное, но сейчас это не имело значения. Питер спешил, да и мне задерживаться здесь не имело смысла. Обида на саму себя жгла сердце, я действительно начала думать, что смогу разделить свои проблемы с двумя сильными мужчинами. И теперь четко осознала, что они были семьей (хоть и не по крови), а я просто гостья с «сюрпризами». Никому не нужны лишние проблемы, тем более не свои.