Я не стала ничего отвечать и доказывать обратное тоже. Двери лифта распахнулись и девушка отправилась на выход, а я устроилась в кресле не далеко от ресепшена. Слёзы жгли, но усилием воли я их сдерживала. Все мои силы были брошены на то что бы отвлечься, хоть на что-то, даже самое маленькое и незначительное. Взгляд не мог ни за что зацепиться. Тогда я встала и решила пройтись, всё равно, я уже была внизу, а подняться наверх не могла.
По улице я шла медленно, поворачивала наугад, прошла мимо входа в здание два раза, а потом, на следующем светофоре, пошла прямо, а не налево. Очередной поворот привёл в грязный тупик.
Поняла я это не сразу, а через пять метров.
— Она?! — сказал грубый прокуренный голос.
Я подняла глаза. У стены стоял грузовичок с логотипом прачечной, левый бок машины был сильно поцарапан, демонстрируя, что когда-то водитель не вписался в поворот. Задние двери были открыты и там валялись пакеты с грязной одеждой и корзины с аккуратно сложёнными гостиничными простынями.
Второй выкинул сигарету, оценивающе посмотрел на приятеля, потом на меня. Я струсила и попятилась назад, чем окончательно себя выдала.
Надо было поспешить, поэтому я постаралась развернуться, но врезалась в непонятно откуда взявшийся пластиковый бак, было не больно, но это лишило меня драгоценных секунд.
Не успела опомниться, как меня схватили за волосы и с силой закинули в грузовик. Когда я поднялась на ноги, грузовик тронулся и, я потеряла равновесие, поднялась опять и прильнула к окну.
— Помогите, — кричала у того самого злосчастного светофора.
Никто не реагировал.
Потом я увидела Виктора, он остановился у здания, прижал букет алых роз подбородком, а пакеты из ресторана поставил на дорожку. Он проверял время, когда мы проезжали мимо.
Я с удвоенной силой начала долбиться в стенку машины, но мой любимый спокойно обвёл поток машин глазами, даже не задержав взгляд на этом фургончике и также спокойно, подхватив пакеты, он направился ко входу. Когда он скрылся из вида, я сползла на пол, между двумя корзинами.
«Это был не он. В той квартире был не он. Какая же я дура! Что теперь будет?»
Я больше не долбилась в стены и окна, меня никто не слышал.
В следующий фургончик меня зашвырнули, только после того как один из водителей, схватил за волосы и заломил руку за спиной. Количество синяков и ссадин я не считала. На лбу была открытая рана и я просто размазывала кровь по лицу, вместе со слезами.
— … попалась… — долетали до меня слова.
— Она на этот раз?
— Похожа, фото отправил?
Они ржали надо мной и их стало гораздо больше. Мой страх трудно было передать словами. Я решила больше не сопротивляться, но меня не оставляли в покое, запугивали, толкали при первой возможности, и в какой-то момент я перестала бояться. Просто поняла, ЧТО со мной случиться дальше.
Воду в пластиковой бутылке мне кинули под утро. Я отчётливо чувствовала химический привкус каких-то лекарств, но пить хотелось ужасно.
Дальше я помнила плохо. Мне было хорошо и легко, я чувствовала себя парящей в бесконечном пространстве космоса. Ничто не могло заставить меня хоть чуть-чуть думать. Тревога и страх сильно притупились, только краем сознания я понимала, что происходит за пределами моего космоса.
Совсем размыто я помню, что меня засунули в грузовой контейнер. Везли. А потом мы летели. Летели долго, а я тряпочкой валялась в углу контейнера, на полу которого были опилки и тряпки. Иногда в отверстие в самом верху коробки мне скидывали воду и хлеб, я даже пила и ела не пережёвывая. Концентрацию наркотика постепенно снижали, а вот последствия от постоянного приёма усиливались: во всём теле была ужасная ломота и слабость, в голове гудело, а во рту пересохло так, что я готова была молить об ещё одном глотке.
Сколько я пробыла в таком состоянии, я не знаю. Проснулась, лежащей на лавочке в сауне, вокруг суетились женщины, на меня лились вода и меня трогали чужие руки. Поднять хоть одну свою конечность я была не в силах. Мозг отчаянно требовал то необыкновенное ощущение лёгкости и он же протестовал против этого.
— Пить… — я не узнавала свой голос.
Мне принесли бутылку, но уже за время полёта я возненавидела этот запах. Я понимала, что именно ЭТО вызывало сухость во рту и последующую слабость. Отвращение победило:
Бутылку я выпустила из рук.
— Воды, — умоляя попросила я.
Они переглядывались и перешёптывались, но ничего не делали. Потом мне стало совсем плохо и я успела только повернуть голову в сторону и меня вырвало. Одна девушка помогла приподняться. Ещё две бросились отмывать полы.