Мне хотелось убедиться, что я права, поэтому упорно двигалась к противоположный угол. Главное, чтобы он был тут. Зачем уводить пленника в другое помещение? — успокаивала я себя. К тому же, как рассказала Рита «тюрьма» у них тоже тут, прямо под полом.
И если до этого я боялась каждого громкого звука, неожиданно вдруг осознала, что наступившая тишина гораздо страшнее. Я прижалась к полу и не могла пошевелиться, несмотря на то, что со своего ракурса видела направленную в мою сторону камеру. А если её видела я, то и она меня «видела».
— Надо было сразу прикончить, — сказал кто-то очень-очень злой.
Остальные восклицания я просто не разобрала они были на другом языке.
— Заткнись!
Злой шёпот лысого пригвоздил меня окончательно, я не осмеливалась даже вдохнуть.
— Девчонка! Это девчонка! Она сбежала! — вбежал один из айтишников.
Судя по отсутствию активных действий они не собирались бросаться на поиски.
— Она разбила компьютер и скрысила данные по слиянию! — орал чисто английский голос.
Я разбила? Да ничего подобного! Я только хотела его разбить, но у меня времени не хватило.
Вот после этой фразы начались активные действия. Но какие-то очень профессиональные отточенные. Как будто у них каждый день «девчонки» сбегают.
Рабы! Осенило меня. Конечно у них часто сбегают.
А если ещё чуть-чуть подумать, то АйТишники появились позже, чем вожак узнал о моём исчезновении. И вообще, лысый уже ждал меня тут. Значит и Виктор должен быть где-то здесь.
К моему счастью, часть людей покинула комнату.
Я тихо-тихо добралась до последней бочки. Виктора там не было. В одно мгновение, я потеряла самообладание, надежду и чуть не бросилась к двери у противоположной стены. Рискуя выдать себя с головой. Спас странный хрип почти под самыми ногами. Я заглянула вниз, где и правда оказалось помещение с решёткой сверху.
Виктор лежал на боку, привязанный к стулу, как будто его просто толкнули вниз. Он меня заметил и уголок его губ поднялся в верх в подобии кривой улыбки. Другая сторона его губ была разбита, а глаз не открывался совсем.
Пытаясь открыть крошечный перочинный нож, я сломала ноготь, пришлось помогать зубами. Затем попыталась выбраться из укрытия.
«Почему засов так далеко?» Выглянула и вовремя заметила двоих, которые молча смотрели по сторонам.
— Кидай вниз, — усмехнувшись прохрипел пленник.
Я затихла, прислушалась. Кажется, Виктор не понимал, что тут ещё остались охранники. Они сами дали о себе знать, громко рыкнув на него, но к моему счастью, подходить не стали, а я даже не стала смотреть на охранников, мне хватило шороха, чтобы понять, надзиратели отвлеклись. Я оторвалась от бочки на два шага и уронила ножик в ближайшей от блондина стороне, а удаляясь обратно отодвинула засов.
В своё укрытие я двигалась быстрее и спиной. Вот только при соприкосновении с бочкой, кисточка на длинной ручке выпала у меня из кармана и всё бы ничего, но буквально за три секунды до этого умолкла сигнализация.
Я шмыгнула за бочку и протиснулась в узкую щель, попробовала втиснуться дальше, но там был тупик.
Охранники действовали быстрее, они практически мгновенно подбежали к моему укрытию и один из них схватил меня за ногу. Вытянуть меня было не просто, я долго упиралась, и видимо существовал приказ не убивать. Второй оказался не только сильным, но умнее первого, он передвинул бочку. Упираться смысла не было:
— Договоримся? — спросила, не надеясь ни на что, но тараторить начала быстрее, — я юрист, работала в компании Филиппа Уоррона. Как думаете почему я здесь? Да, потому что я отличный юрист, а этот Лукас — дурак. У меня даже в универе баллы были выше чем у него… Постой, ты меня ещё не дослушал…
Схватила я за ногу того, который собирался уходить, а потом накрыла голову рукой, потому что вовремя увидела, как другой замахнулся ногой. Удара не последовало. Рядом со мной на колени опустился Виктор.
Я открыла глаза, громилы лежали у моих ног.
— Нож надо кидать остриём вверх, — улыбался Виктор, а на моих руках осталась его кровь.
— Пожалуйста, — попросила я.
Мне казалось, что секунды равны минутам или даже часам.
Он не отрывал от меня взгляда, а потом и вовсе жёстко впился поцелуем в губы.