- Это невероятно, - Алтын сдерживалась из последних сил, чтобы не вскочить с места и не начать скакать от радости по кабинету сеньоры Мартинес. Сердце Мерьем выстукивало победный ритм, а состояние триумфальной эйфории зажгло её зеленоватые глаза особенным, магическим свечением. Подобные эмоции сценаристка испытывала всякий раз, когда с ней заключали договор на экранизацию сценария. От осознания факта, что ей придётся работать непосредственно с самим владельцем студии, Алтын едва не потеряла сознание.
«ЭТО НЕВЕРОЯТНО! Я НЕ СПЛЮ??»
Хозяйка кабинета многозначительно приподняла правую бровь.
- Сеньор Николас хотел бы лично переговорить с Вами по этому вопросу. Вы сможете обсудить с ним все нюансы уже сегодня, после подписания контракт. Разумеется, Вам будет предоставлено два дня на обдумывания…
- Мне не нужно два дня, - хриплым от волнения голосом произнесла Мерьем, прислушиваясь к странному звону в ушах. Перед глазами заклубился туман: творчески реализованная Алтын долгие годы страдала неустроенной личной жизнью, теперь же Фортуна подарила ей возможность войти в мир кинематографической элиты, расширив зону охвата для поиска потенциального сексуального партнёра. Не имея опыта написания сценария для взрослой аудитории, но являясь профессионалом своего дела, Алтын всё же сомневалась в собственных силах, однако упускать столь редкий шанс поработать в двух параллельных проектах на иностранной киностудии не собиралась. Перед глазами Мерьем замелькали фрагменты будущего триумфа. Вот она, сияющая, стоит на красной ковровой дорожке – шутка ли, стамбульская сценаристка детских сериалов получает престижную награду в Каннах за полнометражную ленту о выдающемся латиноамериканском деятеле искусств, а вместе с этим любовь привлекательного, успешного брюнета, разделяющего с ней её грандиозное торжество.
- Я согласна!!!
- Вы уверены? – цепкий взгляд Лауры значительно потеплел.
- В том, что справлюсь? – решила слегка поумерить свою экспрессию Алтын
- В том, что хотите этого?
- Да, Господи, конечно! КОНЕЧНО, ХОЧУ!
- И Вас не страшит отсутствие опыта?
- Нет. В глубине подсознания я была готова к написанию сценария для взрослой аудитории. Это фантастическая возможность! Надо быть стопроцентной дурёхой – вот так взять и отказаться! Руководство «Velavision» оказало мне честь! Двойную честь!! - доверительно воскликнула Мерьем, закладывая прядь волос за ухо. Её в буквальном смысле распирало изнутри от возрастающей любови к этой красивой женщине, выступившей в роли гонца счастливой вести.
- Отлично, - сеньора Мартинес понимающе улыбнулась, откидываясь на спинку кресла. - Знаете, Мерьем, есть в Вас что-то особенное: дерзкое, вызывающее, но одновременно с этим искреннее, непосредственное, по-детски подкупающее.
- Спасибо!
- О, Вас ждёт увлекательное путешествие.
- Я ни на секунду не сомневаюсь!! Полагаю, что биография дона Алехандро полна сюрпризов.
- Да, к тому же, Вы заручитесь новыми связями, завяжите нужные знакомства, - пронзительные глаза директора съёмочной группы с хитринкой прищурились, удовлетворённо разглядывая свою визави.
- Скажу Вам по секрету: не знаю, как в Стамбуле, но здесь, в Каракасе полно красивых мужчин.
- О!!
- Знаете, иногда стоит сменить страну проживания, чтобы найти своё счастье. Я и сама не венесуэлка. Родилась в Мехико. Так вышло, судьба закинула меня в Каракас совсем девчонкой – предложили роль в сериале, а потом на моём пути повстречался Мигель. Так, мы отклонились от темы. Раз мы в двух словах всё с Вами обсудили, позвольте мне пригласить юриста…
Глава 1. Карамба. Часть 3
«Господи, Господи, Господи!» - агонизировала Алтын, ожидая в роскошно обставленной приёмной Николаса Веласкеса, располагавшейся на последнем этаже киностудии «Velavision». Красавица с собранными на затылке волосами, фигуристая мулатка с лицом, достойным обложки «Playboy», попросила сценаристку подождать пару минут, пока сеньор Веласкес не закончит переговоры по телефону. Радуясь минутной передышке, Мерьем тщетно проговаривала аффирмации, убеждая себя в олимпийском спокойствии, но осознание того, что ей предстоит лицом к лицу предстать перед мужчиной, внезапно взволновавшим её воображение, бросало её то в жар, то в холод, лишая способности адекватно оценивать сложившуюся ситуацию.