- По сценарию герой – обычный мальчишка, каких тысячи, а ты – один на миллион!! Исключительной внешности. Я словно с живой куклой разговариваю.
- Бросьте, - наморщил кукольный нос Александр, - я всего лишь ребёнок. Просто снимаюсь в кино.
«Блестящий такт! Точно работа отца? Нет, скорее, матери! Николас чуточку заносчив!».
- Хотите кофе?
- Бог ты мой, - Алтын расхохоталась, плюхнувшись на пятую точку, а вслед за ней рассмеялись и оба Веласкеса. Смех непостижимым образом раскрепостил Мерьем, и она, поддавшись внезапному порыву, схватила Александра за руки и поцеловала обе его кисти.
- Ты чудо. Ну, конечно, я хочу кофе. Мне если можно с молоком.
- А я думал с коньяком, - выпятил нижнюю губу звёздный сынок миллиардера.
- Так, Алекс, прекрати паясничать, - пожурила сына Лола.
- Мам, ты тоже пьёшь с коньяком, и папа пьёт. И я буду, когда вырасту.
- Нет, мне просто с молоком, сеньор Александр, - Алтын нехотя выпустила ладошки мальчика.
- Мама, прикажи подать кофе, – повелительно заявил малолетний вундеркинд, тотчас переключаясь на Алтын.
«НЕТ, ОН, СКОРЕЕ, ПОХОЖ НА СВОЕГО ДЕДА И НА МАТЬ!»
- Я хочу знать Ваше видение моих кинопроб. Да, у меня замечание. В сцене, когда герой бросается спасать от пожара кошку…
- Так-так!!
- Не стоит меня перебивать, - сурово отрезал мини-клон дона Алехандро, - и поднимитесь с пола, я с Вами переговоры веду, а Вы на попе сидите.
Пунцовая, как пион, Алтын поспешно вскочила, одёргивая юбку.
«Да, что я, рехнулась? Веду себя, словно идиотка в присутствии мальчишки!»
- Алекс, скажи, пожалуйста, что же тебя не устраивает в сцене? То, что твой герой не испытывает чувства страха? Но ведь он отважный парнишка, не думает о собственной безопасности, он просто не думал, что мог заживо сгореть, дети, вообще, в этом возрасте бесстрашны, разумеется, не все.
- Нет.
- Тогда что? Что ты хочешь, что бы я сделала?
- Для начала прекратите меня бояться, - отчеканил крошка Алекс.
- Вы же пишете сценарии фильмов про детей, а испугались шестилетнего мальчишки. Говорю же: я не кусаюсь. Вы же очень смелая, иначе не написали бы такой классный сценарий.
- АЛЕКС, НУ ХВАТИТ, СЫНОК! – не повышая голоса, скорее попросила, нежели приказала Лола Веласкес.
- Прошу простить его. Алекс просто не выспался.
Сеньора хозяина студии, кинозвезда, записная красавица, извинялась перед простой сценаристкой из Стамбула, что не могло не делать ей части. Особа из высшего общества кинематографической элиты оказалась очень вежливой, тактичной и понимающей, в то время, как сам владелец студии отреагировал на выходку отпрыска ироничным взлётом бровей и насмешливым прищуром ярких васильковых глаз.
- Александр, не заставляй меня краснеть.
- Я ничего не сказал, - мальчик дружелюбно улыбнулся, отчего на щеках у него образовались очаровательные хулиганские ямочки. Мерьем с ужасом осознала, что плотно подсела на крючок специфического обаяния не только старшего, но и младшего Веласкеса, начиная потихоньку влюбляться в черноволосого начальственного сыночка. Алтын хватило и трёх минут общения с исполнителем главной роли, чтобы принять решение изменить кое-какие сюжетные линии, ориентируясь на внешние данные, характер и темперамент шестилетнего Алекса.
- Что Вы, я всё понимаю! – Мерьем заговорщически подмигнула Александру.
- Алекс во всём прав.
- Но это не даёт ему права общаться со взрослыми людьми в подобном тоне, - приняла сторону сценаристки сеньора Веласкес.
- Да, но он бьёт не в бровь, а в глаз. Я действительно растерялась.
- Я велю подать кофе.
«Господи, какая же она классная! Ни тени высокомерия!» - с унынием вздохнула Алтын, не переставая лучезарно улыбаться.
Грациозно дойдя до письменного стола, сеньора Веласкес мягким, музыкальным голосом распорядилась подать какао для сына, «капучино» и два кофе с коньяком, а Николас, картинно положив ногу на ногу, деловито взглянул на часы, напомнив Мерьем классическую картинку из какого-нибудь известного каталога мужской одежды. Решив прекратить пасовать перед респектабельной семейкой, она хитро прищурила один глаз, при этом забавно наклонив голову в левую сторону. Всё, чего она хотела в данный момент, это установить тесный контакт со своим героем, навсегда избавившись от чувства неловкости, которое она постоянно испытывала в обществе его могущественного папаши и маленького шестилетнего мальчишки.