- Три года назад у меня была девушку. Француженка. Дело шло к свадьбе. Мы долго спорили, где нам жить, я настоял на её переезде в Каракас. До сих пор этого себе не прощу. Всё бы пошло по-другому, согласись я переехать в Париж. Но у меня работа. Мать. Отец. Мне казалось, что ей нечего терять! Я любил её, сильно любил!!! Короче, Айрин бросила всё ради меня: закрыла своё нерентабельное кафе на окраине города, мы подали документы, а потом? Потом её не стало, – на щеках Валенсио проступили крупные белёсые пятна.
- Я уехал с сеньором в трёхдневную командировку. Айрин осталась в Каракасе одна. Мне позвонили ночью в первый же день отъезда. Какой-то бандит увязался за ней, изнасиловал и ограбил, а потом убил, убил из-за тысячи боливаров в кошельке!
- Господи, - выдохнула Мерьем, зажав ладонью рот. Разум отказывался воспринимать ужасные воспоминания о прошлом из жизни Валенсио. На фоне радужных перемен в жизни Алтын чувство бдительности притупилось, уступив место авантюрному любопытству, и от одной мысли, что на месте невесты Эскобара могла оказаться она сама, у неё невольно задрожали руки, колени подогнулись, а во рту образовался противный привкус металла.
- Сам не знаю, почему я рассказал Вам всё. Вероятно, вы напомнили мне Айрин, Вы даже немного похожи –глаза, тёмные волосы, улыбка, рост. Я ни в коем разе не хотел Вас оскорбить. Простите.
- Господи, - только и нашлась, что ответить Алтын.
- Вы правы. Ещё раз спасибо, сеньор Валенсио.
- Эскобар.
- Эскобар, - кивнула она, привыкнув к шепелявости помощника Николаса.
- Пойдёмте, сеньор Николас не любит ждать. И примите мои соболезнования. Это безумно больно терять близкого человека.
- Сеньорита Мерьем, Вы…
- Мерьем. Просто Мерьем.
- Мерьем, Вам незачем выражать мне соболезнования. Всё в прошлом.
- Да, да. Скажите, сеньор Николас не очень зол на моё опоздание?
- Нет. Встреча перенеслась по его инициативе.
- Я так не думаю, Вы очень напряжены.
- Вы тоже, - подколол её Эскобар и оба рассмеялись, в который раз остановившись на вылизанной, утопающей в зелени дорожке, ведущей к особняку.
Отведя взор, Алтын кое-как выровняла дыхание, делая акцент на тропических растениях, в коих в самом прямом смысле утопала центральная дорога. Разумеется, ей приходилось бывать в богатых домах Стамбула, но здесь, в родовом гнезде братьев Веласкесов, царила особенная атмосфера, своеобразное сочетание на первый взгляд несочетаемого: римская архитектура тонко переплеталась с ароматом латиноамериканского колорита, делая особняк Николаса непохожим на любую другую недвижимость обеспеченного человека.
- Сеньор Эрнесто ещё не подъехал, - сообщил Эскобар, - опять мы остановились? Пройдёмте, Мерьем. Да, хотел сказать Вам, Ваш сериал про Керима чистое золото. У меня есть племяшка, ему двенадцать, он прилип к экрану, когда показывали сериал!
- О, спасибо.
- Маурисио даже написал мальчику, исполняющему главную роль!
- Ну, теперь главную роль будет играть Александр. Скажите, - сердце Мерьем сжалось от волнения, едва она в сопровождении Валенсио стала подниматься по мраморным ступеням особняка.
- Сеньор Эрнесто, он…
- Он классный, вы поймёте, когда познакомитесь с ним. В нём ни капли заносчивости, совершенно не кичится достатком! Редкой души человек, только берегитесь, Мерьем, он известный бабник!!! Разобьёт сердце – не заметите, как пропадёте! Они диаметрально разные с боссом. Сеньор Николас лёд, а сеньор Эрнесто – пламя! Но пламя может очень сильно обжечь!! А Вы девушка свободная!
- Вооружён – предупреждён!! – хихикнула Алтын, остановившись на третьей ступени.
- Эскобар, да Вы никак решили стать моим ангелом-хранителем!
- Ну, это всё из-за портретной схожести с Айрин, у Вас один психотип!! Она ведь у меня на курсы ходила личностного роста и раскрытия женской сущности!
- Я тоже на курсы ходила, - буркнула себе под нос Мерьем, резко повернувшись на звук приближающегося мотоцикла.
- А вот и сеньор Эрнесто, слышите шум мотора?
- Да, - срывающимся голосочком пролепетала Алтын, чутко прислушиваясь к шуму мотора с глушителем.
Сердце её пропустило серию частых ударов, а вся эйфория от встречи с Виктором улетучилась, словно её не было в помине.