- Угомонись, - Николас вскочил и, подняв жену на ноги, хорошенько встряхнул за плечи. Голова Лолы бессильно мотнулась назад, а чёрные глазища метали громы и молнии, став похожими на два бездонных колодца, куда по неосторожности плеснули бензина со спичкой.
- Мне казалось, мы обо всём договорились. Это было моё условие на наш брак! Что же ты вышла за такую сволочь, детка? Выходила бы за Эрнесто! Или паршивая овца испортила бы породу знаменитой госпоже Стар? Тебе известно, что я люблю и всегда любил тебя, несмотря ни на что люблю, буду любить тебя и Алекса! Но никогда, слышишь, никогда не смей говорить со мной в таком тоне! Я требую если не любви, так хотя бы уважения!
- Руки убрал! – металлическим голосом велела Лола. – И не заставляй меня думать о нашем браке, как об ошибке, Николас! Ты точно также осведомлён о моей любви к тебе. Ну, всё, всё, родной! Не будем ссориться!
Лола одной рукой обвила шею супруга, а вторую запустила к нему в мокрые плавки, ласково сжимая напряжённый член Веласкеса, как обычно в редкие минуты их семейных перепалок.
- Глупый, мой глупый мальчик! Всё ещё ревнует Эрнесто к успеху! Но ведь ты сам мог сыграть отца! Думаю, хватило бы способностей воспроизвести его образ на экране!!! – горячие губы сеньоры Веласкес коснулись мочки уха Николаса.
- В твоих силах превратить Эрни в пыль у твоих ног. Я не желаю ему зла. Но ты всесилен, тогда, как он – повеса! Знаю о твоём желании взять реванш! Да, ты не можешь лишить его содержания, но ты в состоянии снять Эрнесто с роли! Только ты любишь брата, чтобы там не говорил, любишь! И не причинишь ему зло. Посему научись быть в равновесии и гармонии с самим с собой. Для начала. Ты у меня самый лучший. Для меня с Алексом, и для сеньоры Марии. Подумай на счёт съёмок. Эту роль ты сыграть можешь сам.
- Порой мне кажется, ты не простила Эрнесто…
- Я простила.
- Нет, раз через меня хочешь побольнее укусить его.
- Из Вас двоих я выбрала тебя. А я привыкла всё делать с любовью! – Лола куснула Ника за ухо.
- Слышишь, мавр? Ты был бы очарователен в роли Отелло!
- Ненавижу сцену, - агрессивно выплюнул Николас, вытряхивая руку жены из плавок.
- Отец оставил лицедейство. Удел серьёзных мужиков - бизнес. А перед камерой пусть выплясывают слабаки.
- Милый!!! Мой, только мой! Мой сеньор совершенство!!!
- Ты права, - Веласкес поморщился, словно раскусил терпкий, кислый лимон.
- Я не ревную тебя.
- Совсем нет? – разочарованно протянула Лола.
- Уже нет.
- Сила мужчины в умении достойно стоять на вершине!!!
- Кстати об умении!! Алекс отыграет второй фильм – и ты сможешь вернуться к работе.
- О, НИК!!!
- Тс-с…
Николас подхватил жену на руки, прижимая к груди своё бесценное сокровище. Любовь к этой умной, ласковой, горячей, вредной, расчётливой, вспыльчивой, отходчивой, и одновременно с этим невероятно рассудительной женщине превращала его в смёрзшийся комок масла, который рачительная хозяйка щедро шмякнула на раскалённую сковородку.
- Неси в дом, - хрипло прорычала Лола, царапнув ногтями спину Веласкеса, - хочу тебя, мой тигр…
Они сидели на траве парка «Дэль-Эсте», представляющем собой декоративно-ландшафтную композицию художника-живописца, архитектора Маркса, напоминающего своим великолепием японские открыточные гравюры. Здесь веяние Японии удивительным образом переплеталось с непередаваемым колоритом Латинской Америки, позволяя посетителя парка ощущать себя на стыке двух миров, этакой песчинкой, заброшенной в дивный рай капризным дуновением ветра. Всё ещё находясь под впечатлением от захватывающей езды по ночному Каракасу за спиной Эрнесто Веласкеса, Мерьем основательно потряхивало, да так, что ей пришлось обхватить руками колени, тогда как сам черноволосый повеса полулежал, вытянув ноги, посасывая сорванную травинку. Неяркое освещение уличных фонарей добавляли мистического волшебства в атмосферу, в которую погрузилась Алтын, едва лишь слезла с «Харлея», оказавшись на территории венесуэльского парка. Всю дорогу новоявленные знакомые ехали молча: Эрнесто пожертвовал свой шлем в пользу Мерьем, а та, будто перепуганная школьница, прижималась к Веласкесу, находясь на грани лёгкого помешательства от опасной близости сексапильного мачо.