Ариэль представила себе, как Истариэль допрашивает Кайлара. Поразительно, какой уродливой предстала перед ней эта картина. Истариэль возжелает бессмертия — не для Часовни, для себя. Она не будет следовать неспешному, изученному методу проведения опытов. Истариэль ненавидела стареть, терять красоту. Ненавидела скрипящие суставы и запах старости. Что для нее Кайлар, который не повинуется и приговаривает ее к смерти, отказываясь принести на блюдечке свои секреты? Только помеха.
Что, если они выпытают у него секреты? Какими распорядителями бессмертия станут сестры?
Ответ обескураживал. Кто настолько чист душой и мудр, чтобы знать, кому пожаловать вечную жизнь? Можно ли доверять тому, кто получит дар? Не злоупотребит ли?
— Ты, Кайлар, должно быть, хороший человек, — тихо сказала Ариэль. — Не позволяй своему дару тебя испортить. Я не разделю твой секрет с Часовней. Как минимум, пока снова не поговорю с тобой. Знаю, у тебя нет причин мне доверять. Поэтому вот, держи. — Она вытащила из-за пояса нож. — Раз должен, так убей.
Она подставила Кайлару спину.
Ничего не произошло.
Спустя долгие секунды она повернулась.
— Ты позволишь мне тебе помочь? — спросила Ариэль.
Кайлар казался усталым.
— Логан Джайр жив, — сказал он. — Он в самой глубокой яме Утробы.
— По-твоему, он до сих пор жив?
— Месяц назад точно был жив. Если пережил два первых месяца, значит, выдержал самое трудное. Думаю, жив!
— И ты намерен его оттуда вытащить?
— Он мой друг.
Ариэль медленно вдохнула, чтобы взять себя в руки. Хотелось выбранить мальчишку за глупость. Как смеет он ради простого короля подвергать опасности ка'кари?
— Ты понимаешь, что будет, если Гэрот Урсуул наложит лапу на твой ка'кари? Что это значит для мира? — спросила сестра.
— Логан — мой друг.
Она в буквальном смысле прикусила язык. Если Истариэль когда-либо пронюхает, что Ариэль собралась делать, высылка из Часовни станет самым легким наказанием.
— Что ж, ладно, — выдохнула она. — Я намерена тебе помочь. Только не проси об этом другую сестру. Помощь возможна лишь потому, что я так много о тебе узнала. Хотя постой. Ты должен передать кое-кому записку.
— Что ты задумала? — спросил Кайлар, когда она нашла клочок пергамента, что-то нацарапала, а потом запечатала его магией.
— Либо верь мне, Кайлар, либо нет. Если не веришь, убей. Раз уж решил не убивать, так будь внутренне последователен и верь.
Он озадаченно моргнул, однако Ариэль продолжала:
— Я могу доставить тебя в город к завтрашней ночи, может, даже днем.
— Да туда три дня скакать…
— Но ты должен выполнить мою просьбу. Обещай, что сначала доставишь письмо, а уж потом будешь спасать Логана. Поклянись.
— Что в письме?
— Оно адресовано Дриссе Найл, целительнице, и не о тебе. Грядущие события, которым ты дашь толчок, потребуют изменений в позиции Часовни. Наши люди должны знать, как реагировать, если ты спасешь Логана Джайра, понимаешь?
Это, конечно, была не вся правда, но Ариэль не собиралась рассказывать, что в письме немало говорилось о Ви, что, в свою очередь, касалось и Кайлара.
— Когда попадешь в город, наешься досыта и спи столько, сколько потребует организм. Все равно ты будешь впереди надень или два.
— Постой-постой, — сказал Кайлар. — Я не хочу, чтобы Логан гнил там хоть на секунду дольше, но почему ты беспокоишься, чтобы я выиграл пару дней?
Ах да. Беспечный, но не тупой.
— Впереди тебя Ви. Она скачет в Сенарию.
— Опять эта сука! Нет сомнений, жаждет доложить об удачном убийстве. Подожди, откуда ты знаешь?
— Она ехала со мной. — Ариэль поморщилась.
— Что-о?!
— Ты должен понять, Кайлар. Ви невероятно талантлива. Я везла ее в Часовню, и она сбежала, как только мы нашли твое тело. Она считает, что ты мертв. — А теперь пора схитрить. — Это Джарл сказал тебе, что Логан жив?
— Да, а что?
— Она… пытала Джарла, перед тем как его убить?
— Нет. Вообще с ним не разговаривала.
А вот и крючок — пусть ложь притаится в воде, словно тебе нет никакого дела; не надо сильно уточнять, чтобы выглядело правдоподобно:
— Тогда не знаю, откуда ей известно, но она что-то говорила про короля и Дыру. Похоже, знает про Логана.