Поскольку халидорцы не нашли Кьюрох сразу (если бы нашли, считал Фейр, то поползли бы слухи), значит, меч кто-то присвоил. Фейр обнаружил отряд, наводивший порядок на мосту. Большинство людей были из частей, почти разбитых в сражении. Позднее их собрали в новый отряд и послали домой — охранять возвращавшиеся в Халидор фургоны с награбленным добром. Фейр, Солон и Дориан отслеживали каждый такой обоз.
Раз Дориан послал его на юг, то Фейр знал, что меч не отправили с вещевым обозом. Поэтому спрашивал обо всех, кто домой не уехал. И нашел-таки одного.
Выяснить, куда исчез Ферл Халиус, оказалось не в пример сложнее. На самом деле Фейр его так и не нашел. Вместо этого он последовал за вюрдмайстером, которого отправили на юг. Вюрдмайстер наступал на пятки Ферлу Халиусу, Фейр — вюрдмайстеру. Он видел, как вюрдмайстер швыряет молнии в Ферла и похищенного им вельможу. Вюрдмайстер потерял интерес сразу, как только вельможа упал со склона горы Хезерон.
Пока вюрдмайстер управлялся с сигнальным жезлом, чтобы доложить королю-богу о неудаче, Фейр подполз ближе. Сосредоточенность юноши в работе с магией и поваливший снег скрыли маневр. Как только вюрдмайстер закончил, Фейр его убил.
Затем сделал то, чего больше делать никогда не будет. По снегу пересек разбитый уступ. Прыгнул через брешь в пять футов — со скользкого снега на скользкий снег. Ноги ехали и на крутых подъемах. В конце пути пришлось использовать магию, чтобы растопить участок льда еще для нескольких шагов. Да, он прошел, но был на волосок от гибели. Кьюрох этого стоил.
Фейр вытащил меч и шагнул вперед в чуть измененной боевой стойке, сохраняющей равновесие и ловкость на скользкой почве. Несколько быстрых шагов, и он настиг человека. Меч пронзил грудь жертвы — снеговика, завернутого в плащ.
Фейр чертыхнулся и сделал резкий поворот, когда настоящий Ферл Халиус напал, высоко подняв Кьюрох. Едва хватило времени увернуться. Удар горца с плеча рассек бы Фейра надвое, если бы тот не отклонился вбок. Кьюрох выбил из его руки клинок.
— Не слишком много чести — проткнуть спящего, — с сильным халидорским акцентом заметил Ферл.
— Для чести ставки слишком высоки, — ответил Фейр. Похоже, человек не понимал, за что его преследуют. — Отдай мне меч, и я оставлю тебе жизнь.
Немудрено, что Ферл взглянул на него как на сумасшедшего: он с мечом, Фейр безоружен.
— Я? Отдать тебе? Это меч военачальника.
— Военачальника? Меч стоит больше, чем весь твой клан, да и все другие на сто миль вокруг, вместе взятые.
Ферл не поверил, да и знать ничего не хотел.
— Он мой.
Перед Фейром возникли три белые точки света, каждая менее ногтя, и со свистом метнулись к Ферлу Халиусу. Тот был отличным воином, но успел только поднять меч.
Два заряда, которым Ферл преградил путь мечом, улетели в ночь. Третий угодил ниже рук, прямо в живот. Фейр с трудом дотянулся — магия издалека никогда не была его сильным местом — и продернул заряд выше. Он прожег путь до сердца Ферла.
Горец остановил взгляд на Фейре и повалился набок.
Фейр поднял меч без восторга. Он оказался прав. Все его риски и предположения оправдались. Если кто-нибудь вдруг услышит эту историю, она устами бардов превратится в легенду. Он только что вернул мощнейший из когда-либо созданных артефактов.
Почему же на душе так пусто?
В этот раз все прошло чересчур легко. Медленно, но легко. Видимо, Ферл прав — мало чести. Только не может быть драка честной, когда у кого-то в руках Кьюрох.
Правда, дело и не в этом. Он трижды возвращал проклятый меч. Только вдуматься — трижды! Его можно объявить официальным искателем проклятого меча. Кьюрох у него, но воспользоваться им Фейру не суждено. Он серая личность и совершил ошибку, заведя друзей среди аристократов.
Солонариван Тофьюсин Са'фасти был принцем империи Сет. Благодаря таланту он взошел на высшие ступени среди живых магов. Дориан — тоже принц. Вюрдмайстер и даже больше. Такой маг рождается раз в поколение. Фейр же — сын кожевника, со средним талантом, искусно владеющий мечом. Он был учеником кузнеца, когда в нем обнаружился талант, и позднее его приняли в школу творцов. Затем наняли кузнецом и инструктором по клинку в Шо'сенди, где Фейр и встретил Дориана и Солона.
Дориан от своего происхождения отрекся, и ни ему, ни Солону официально особых привилегий не жаловали. Однако Фейр понимал: это вовсе не значит, что они не извлекали пользы из своего благородного происхождения. Что бы ни случилось с Дорианом или Солоном, они знали, что особенные. Знали, что важные птицы. Чего не скажешь о Фейре. Он всегда был вторым, если не третьим.