— Черт! — не удержался Кайлар.
Не было слов, чтобы выразить всю боль. Джарла больше нет. У ног Кайлара лежал просто кусок мяса. Кайлар мечтал, что сможет поверить в бога Элены. Как хорошо было бы думать, что Джарл и Дарзо в лучшем мире. Но Кайлар был честен перед собой и знал: даже если бог Элены настоящий, Джарл и Дарзо не пойдут за ним. Что же это получается? Гореть им в аду, что ли?
Он спрыгнул в могилу и стащил вниз тело Джарла. Кожа у трупа была холодной и влажной, на ней конденсировалась утренняя роса. Кайлар как можно бережней уложил Джарла и выбрался наверх. Он по-прежнему был совершенно трезв.
Сидя на холмике мягкой грязи рядом с могилой, Кайлар понял, что в этом виновато ка'кари. Тело считало алкоголь отравой и излечивало. Настолько эффективно, что придется выпить море, чтобы напиться. Как, собственно, и поступал Дарзо.
«А я-то принимал его за пьяницу».
Даже здесь Кайлар превратно понимал учителя, еще и в этом беспечно осуждал, отчего снова защемило сердце.
— Прости, брат, — сказал он.
Едва слова эти сорвались с губ, Кайлар понял, кем именно для него был Джарл: старшим братом, который за ним присматривал.
Ну почему он обречен понимать, что для него значат люди, только после их смерти?
— Обещаю, Джарл. Даром это не пройдет.
Чтобы жертва Джарла не стала напрасной, придется бросить Элену и Ули, отказаться от жизни, которая могла бы быть. Кайлар поклялся Ули, что не бросит ее, как делали все другие взрослые в жизни девочки. Теперь клятва нарушена.
«Было ли такое у тебя, учитель? Не здесь ли начало безбрежного океана горечи? Неужели цена бессмертию — человечность?»
Не осталось больше ни слов, ни дел. Кайлар не мог даже плакать. Когда первые ранние птахи стали воспевать пробуждавшееся солнце, он засыпал могилу.
30
Два дня Ули молчала, не ела и не пила. Ви скакала во весь опор, загоняя лошадей, — сначала на запад, по Королевской дороге, затем на север. В первую же ночь они миновали огромные владения уэддринской знати. Через пару часов после восхода солнца Ви решилась на привал — уже в сельской местности. Поля стояли голые, на холмах то здесь, то там виднелась стерня убранной спельты.
Днем Ули выждала минут десять, пока Ви не задышала ровно, и метнулась к своей лошади. Не успела отвязать — Ви тут как тут. На следующий день Ули ждала уже час и встала так тихо, что Ви едва не упустила девочку.
Оба раза Ви ее била, но осторожно, чтобы не нанести травм. У этой девчонки не будет ни шрамов, ни сломанных костей, решила она. Раньше ей не приходилось бить ребенка. Ви привыкла убивать мужчин. Талант придавал силу мышцам, и пусть жертва расхлебывает последствия. Если то же сделать с Ули, ребенок погибнет. В планы Ви это не входило.
На третий день Ули стало плохо. Она до сих пор не выпила ни глотка воды, отказывалась от всего, что предлагала Ви, и теряла силы. Губы запеклись и потрескались, глаза покраснели. Ви поневоле восхищалась девочкой.
Ребенок явно с характером. Ви лучше многих могла выдержать боль, но голодать ненавидела. Когда Ви было двенадцать, Хью недокармливал ее постоянно, давая пищу всего раз в день, «чтобы не растолстела». Он вернул Ви на полный рацион, когда решил, что все уйдет в груди. Но хуже голода были времена, когда учитель не давал ей воды, считая, что она заленилась.
Мерзавец так и не понял, что такое менструальные боли.
Ви приходилось делать вид, что жажда ее не мучает. Она знала: если даст слабину, это будет его любимым наказанием.
— Послушай, Ули, — сказала Ви, устроив на восходе солнца привал в небольшой долине. — Мне плевать, если ты умрешь. Конечно, живая, а не мертвая ты мне полезней, однако не слишком. Кайлар все равно будет меня преследовать до самой Сенарии. С другой стороны, тебе ведь хочется снова его увидеть?
Ули взглянула на Ви запавшими глазами, полными ненависти.
— И сдается мне, он хорошенько тебя выпорет, если умрешь без всяких на то причин. В общем, хочешь продолжать голодовку, скоро умрешь. Завтра я привяжу тебя к седлу, и целую ночь ты, возможно, уже не выдержишь. Для меня неудобство, но Кайлару куда больнее. Предпочитаешь сдохнуть беспомощным котенком, нежели остаться в живых и драться со мной? Подумай хорошенько.
Ви поставила перед Ули мех с водой и стала привязывать лошадей. Сейчас она не беспокоилась о том, что ребенок сбежит, — Ули была слишком слаба. Тем не менее Ви скрепила веревки при помощи таланта. Сегодня надо, черт возьми, поспать.
Холмы, сплошь покрытые здесь лесами, перемежались чередой возделанных полей рядом с маленькой деревней. Тем не менее дорога была по-прежнему широкой и оживленной. Ви с девочкой передвигалась быстро. Кто знает, насколько они оторвались от Кай-лара, тем не менее деревень Ви избегала, в надежде, что на их посещение он потратит драгоценное время. Вчера вечером она сменила лошадей. Если Кайлар как-то распознал их следы среди множества других, от него не отделаться.