«Черт-черт!»
— Кстати, об этом. Ты не мокрушник, Ви. И даже не мокрушница. На самом деле ты майа укстра куруккулас, маг-дилетант, дикий маг…
— Да пофла ты! Да пофла ты! — Ви забилась под веревками. Бесполезно.
— Ой! Ты что, не веришь мне? Мокрушник, Ви, даже женской разновидности, может использовать талант, не произнося ни слова. Если ты мокрушник, то почему не бежишь?
Для Ви ничего не было страшнее, чем чувствовать себя беспомощной. Уж лучше пусть Хью гладит ее волосы. Или изнасилует король-бог. Лежа на земле, она дернулась; веревки врезались в кожу. Ви попыталась кричать. Уголок платка попал в горло. Она подавилась, закашлялась, и на мгновение ей показалось, что она вот-вот умрет. Затем продышалась и, обессилев, затихла.
Ариэль нахмурилась.
— Мне вовсе не нравится то, что я делаю. Надеюсь, ты когда-нибудь поймешь это. Я собираюсь вытащить кляп, слышишь? Ты не можешь от меня сбежать, даже с помощью таланта. Усвой это. Так что лучше расставить точки над «и» сейчас, чтобы по возможности избавить тебя от боли. Подозреваю, что первыми словами будут проклятия, а еще ты наверняка попытаешься использовать магию. Поэтому, прежде чем мы начнем, я хотела бы задать один вопрос.
Ви прожигала ее взглядом. Сука! Пусть только вытащит кляп.
— Кто тот исключительно талантливый вюрдмайстер, что наложил на тебя заклятие?
Мысли о побеге разом испарились. Она блефует. Иначе быть не может. Но с какой целью?
Нисос! Что этот подонок с ней сделал? Именно так и поступил бы король-бог — наложил бы на нее поганое заклятие. Разве не померещилось ей нечто подобное тогда, в тронном зале? Что, если это была не игра воображения?
— Заклятие совершенно невероятное, — сказала Ариэль. — Я изучала его последние шесть часов, пока ты была без сознания, и до сих пор не определила, как оно работает. Знаю точно одно: в заклятии поставлены ловушки. И он — заклятие явно носит признаки мужской магии — укрепил его сразу несколькими интересными способами. Среди сестер я считаюсь очень сильной. За последние полсотни летя одна из сильнейших магинь, получивших знак отличия. Тем не менее даже мне не под силу сломать заклятие, это ясно с первого взгляда. Видишь ли, есть Узоры, которые можно распутать, а есть такие, которые приходится рвать, — узлы Фордэна, если угодно. Ты знакома с узлами Фордэна? Ну да неважно. В этом заклятии есть и те и другие. Побочные ловушки можно распутать. Однако основной Узор нужно разрывать — и предельно осторожно. Если я и сумею это сделать, то, скорее всего, ты навсегда останешься с поврежденным рассудком.
— Фынь кля…
— Что? Ах да.
Сестра Ариэль осталась сидеть нога на ногу и что-то пробормотала.
Веревки с лица Ви упали. Она выплюнула носовой платок — ну точно, в нем завернут камень, вот сука! — и вдохнула. К таланту не прикоснулась. До поры до времени.
— Остальные? — Она жестом указала на другие веревки.
— Мм. Извини.
— Трудновато беседовать, лежа на боку.
— Пожалуй, справедливо. Лооваеос.
Тело Ви выпрямилось, и его подтащило к дереву.
— И это твоя наживка? Блеф насчет какого-то заклятия, которое нам не снять, пока не доберемся в Часовню? Откуда не сбежать уже наверняка?
— Именно.
Ви поджала губы. Что это, мысленный образ или вокруг Ариэль и впрямь слабое сияние?
— Хорошая наживка, — признала она.
— Лучше, чем мы предлагаем большинству других девушек.
— Вы всегда похищаете девушек?
— Как я только что сказала, для меня это впервые. До похищения обычно дело не доходит. У сестер, занимающихся вербовкой, масса способов убедить. Считается, что для такой работы я слишком бестактна.
Вот так сюрприз!
— Какова же обычная приманка? — спросила Ви.
— Стать похожими на вербовщиц, которые красивы, очаровательны, уважаемы и — не в последнюю очередь — всегда выбирают свой собственный путь.
— А крючок?.. — спросила Ви.
— Ой, мы продолжаем рыболовные метафоры?
— Что?
— Неважно. Крючок — подневольная служба и опека. Все равно что ученичество. От семи до десяти лет службы, прежде чем станешь полноправной сестрой. Тогда ты свободна.
Ви хватило ее ученичества на десять жизней вперед. Она презрительно усмехнулась.
«Пусть говорит. Может, узнаю, на что способна».
— Ты сказала, что я не совсем мокрушник. Однако я выполняю работу мокрушника.
— Похоже, есть некоторые проблемы с объятиями тьмы.
— Что?
— Я имею в виду невидимость. Она ведь тебе неподвластна. Откуда она знает?