Были сшиты знамена и флаги,
Паруса и кафтаны солдат,
И уж скоро о русской отваге
Знали все – хоть ты стар, хоть ты млад.
Пролетели, как птицы, столетья
И забыты уж те корабли,
Что блистали великолепьем
И к победе Россию вели.
Их традиции живы поныне,
В каждом флагмане слава тех дней,
Как частица души соколиной,
Как бессмертная память о ней.
2010 г.
Прозрачные деревья.
Уже прозрачны платья на деревьях,
И в обнаженной тишине ночи
Застыли сероглазые деревни,
Лишь пульс рассвета до утра стучит
Полночный мрак, и пар от губ, и трепет
Пред откровением фарфоровой луны,
И шепот трав уже похож на скрежет
В замерзшем царстве серой тишины.
2009 г.
Календарь нашей верной любви.
Почернели края этих дней,
Что ты сжег и развеял по ветру,
И от них лужи стали темней,
Словно плеши в асфальтовом фетре.
Календарь нашей верной любви
Устарел, но хотя бы на память
Мы его сохранить бы смогли,
Впрочем, прошлое не исправить
Был не долгим бумажный пожар,
А теперь зябнут плечи, колени
И с пронзительным воем гитар
Мы с тобой исчезаем как тени.
2011 г.
Гарпия.
Была я гарпией, летала высоко
И сил в груди своей так много ощущала,
Но вдруг случилось злое волшебство
И крылья сгинули, и я вдруг вниз упала.
Я билась больно о деревья и дома,
И плакала, и вновь взлететь пыталась,
Но душу выстудила лютая зима,
И я от крыльев мощных отказалась.
Мне трудно средь людей, и тягостно без неба,
И умирает зверь внутри, он часть меня,
Мне б добрести на край земли, в объятья Феба,
Он вылечит мне крылья, в них вдохнет огня.
2011 г.
Стабильность.
Я не пишу давно, но знаешь ли, как сильно
Люблю тебя, или, быть может, вру?
Я и сама уже не знаю, где стабильность,
И жизнь моя теперь похожа на игру.
Нет остановок в ней, нет чувств, мечты, желаний,
Все мимолетно и все на бегу,
Зато так много ссор и разочарований,
Что я уж ничего не берегу.
2011 г.
Алебастровые тигры.
Алебастровых тигров нелепые рожи,
Белый мрамор ступеней и статуй укор,
Я запомнила все: страх и холод по коже
И проклятый, безжалостный твой приговор.
Я иду к небесам, их почти что касаясь,
Так невинна и вместе с тем очень грешна
По дороге из стекол худая, босая,
Алой кровью моей умывалась весна.
Не хочу, не могу ни заснуть, но воскреснуть,
Яд забвения льется по венам сполна,
Я виновна лишь в том, что придумала бездну
И позволила ей уничтожить меня.
2013 г.
Бранль.
Развернись душа!
Улетай тоска!
Распушитесь юбки парчовые.
Грянет танец, шаг,
Падебаск, рука
И стучат башмачки веселые
Старый Таллин вдруг
Околдует нас,
Унесет, укроет туманами,
Я с тобой, мой друг
В предрассветный час
Буду нежной, любимой, желанною,
А в Москве зима,
Холод и тоска,
И не жизнь – одно лишь название,
Убегу сама,
Вот моя рука,
Если хочешь – пойдем в страны дальние.
2013 г.
Ранение.
Горячо внутри – это бьется пульс,
Значит пуля всего лишь ранила,
Ты сидишь в грязи и в осколках бус
На заснеженной площади Таллина
Капюшон и плащ скрыли ото всех
Черных слез твоих покаяние,
Горячо в груди – это тает снег,
Пробуждается сердце хрустальное.
Он сорвал замки, цепи разрубил,
Ранил душу своим презрением,
А потом ушел в мир цветных витрин,
Ты совсем одна ты лапах Таллина
Разорвешь шелка, склеишь бусы вновь,
Унесешься с ветром в изгнание,
Чтобы залечить и забыть любовь,
Что пока не убила – лишь ранила.
2014 г.
***
Пришла пора мне отбросить гордость
Признать, что я не справилась с текстом,
Забросить книжки… нужна лишь твердость,
Чтоб распрощаться с рабочим местом.
Я так стремилась быть лучшей, первой,
Жила, дышала офисным ядром,