Джордж заканчивает пить из своей бутылки, а затем отвечает.
- Это именно то, что я хотел у тебя спросить.
- Обломись! Я спросила первой, так что выкладывай.
- Черт, женщина, - но Джордж улыбается. Его улыбка становится шире, но он явно пытается затянуть паузу и подогреть мое любопытство. Однако, спасибо ему, что томит меня ожиданием не слишком долго. Его темные глаза искоса смотрят на меня, а щеки заливаются румянцем. - Я получил место стажера в "Джексон и Голдмэн" в Нью-Йорке.
- Джордж! - я снова толкаю его локтем. - Это здорово!
После стольких лет выслушивания болтовни Джорджа о финансах, я знаю, что "Джексон и Голдмэн" - это крупнейшая инвестиционная банковская фирма в Нью-Йорке, и Джордж приравнивает ее к нирване.
- Черт, так и есть, - он широко усмехается, кивая. - Несколько профессоров дали мне хорошие рекомендации и... - он пожимает плечами.
- И они осознали, насколько ты блестящий и перспективный?- добавляю я, от чего Джордж смеется.
- Ага, и это.
Мы оба улыбаемся, словно пара идиотов.
- Так ты пригласишь меня в свой домик на пляже в Хэмптонсе? - у нас с Джорджем есть одна общая мечта - жить в Нью-Йорке после выпуска из университета.
- А ты надолго приедешь, Банана?
- Ты и так знаешь, что надолго. Я могу мыть посуду.
- Нет, спасибо. Ты отстойно моешь посуду.
Я подталкиваю его плечо своим, и Джордж смеется, но в его глазах заметны тени.
- Итак, - говорю я, когда мы снова погружаемся в тишину, - в чем проблема? Ты волнуешься, что не справишься с работой?
Джордж фыркает.
- Я надеру всем задницы. Кажется, я ждал всю свою жизнь этого шанса.
- Но..? - спрашиваю я, потому что есть что-то мрачное и тяжелое в его взгляде и поведении.
Напряженность искажает его лицо, а в уголках глаз образуются морщинки, когда парень пристально смотрит на свои руки, что лежат на его согнутых коленях.
- Дело в Айрис, - его плечи вздымаются от вздоха. - Знаю, звучит глупо, но мы всегда были вместе. А сейчас...
Они не будут. Айрис страстно ненавидит Нью-Йорк. И ее уже приняли в аспирантуру по археологии в штате Аризона.
- Ты еще не сказал ей, верно?
- Нет. Я работаю над этим, - Джордж двигает плечами так, словно рубашка ему мала и жмет. - То есть какой парень сетует на расставание со своей сестрой? Но она же моя двойняшка.
- Знаю, - говорю я. И я правда понимаю его. Несмотря на их редкие споры, они самые близкие друг другу брат и сестра из всех, кого я знаю. Они часто заканчивают друг за друга мысли. И они почти всегда вместе.
Джордж мог бы уехать в университет Лиги Плюща, где получил бы ценные связи. У него были все нужные отметки и предложения. Но парень решил последовать за Айрис.
И словно он сейчас думает о том же, о чем и я, Джордж произносит:
- Я обещал маме присматривать за Рис. И хочу это делать, - он тихо фыркает. - Сейчас все ощущается столь реальным. Мы пойдем своими дорогами и, черт, как же неприятно осознавать, что возможно, это я нуждался в ее присмотре за мной.
Джордж быстро моргает, и я не трогаю его какое-то время. У меня нет слов утешения. Как я вообще могу его утешить? Мое будущее - тьма, пустая дыра. Если я взгляну на него слишком пристально, то закричу.
Мимо нас проезжает велосипедист, нарушая наше молчание. Я делаю глубокий вдох.
- Значит, мы позволим Айрис мыть посуду все лето.
Джордж взрывается смехом.
- Она будет той еще сучкой, ты же знаешь, она это полюбит, - Айрис практически помешана на порядке.
Мы оба смеемся, пока заканчиваем пить воду.
- А как дела у тебя с Бэйлором? - Джордж бросает на меня вопросительный взгляд. - Сейчас все серьезно. Никакой ерунды, - он знает меня достаточно хорошо, чтобы понимать, что эта версия меня ненормальная.
- Ты спрашиваешь о том, тусуемся ли мы все еще вместе?
Джордж бросает на меня сердитый взгляд.
- Я и так уже проболталась, так что да, мы тусуемся вместе.
Я вздыхаю и опускаю руки на свои приподнятые колени. Зеленая трава щекочет мои лодыжки, колыхаясь от порывов ветра. Я беру с земли коричневый листочек и кручу его, держа за хрупкий стебель.
- Мы занимаемся сексом. Очень много, - боже, должно быть проще признаваться в этом, но все не так. И я боюсь открыть рот, так как хлынувший поток может вовремя не остановиться.
- Он задуривает тебе голову, Банана?- в его тоне витает угроза выследить Дрю и заставить заплатить за все сполна.
Из меня вырывается смешок.
- Тут скорее иная ситуация, - стыд разливается жаром по моей шее. - Он хочет… - Всего. Я вздрагиваю. - Это должен был быть просто секс.
Джордж прочищает горло.
- И кого, думаешь, ты сможешь этим обмануть?
- Видимо, никого, кроме себя самой, - я хмурюсь, глядя на землю.
Спустя несколько минут, Джордж начинает двигаться.
- Это не похоже на тебя. Все это неопределенное странное дерьмо, которое ты творишь с этим парнем. В чем все-таки дело?
Потому что для меня скорее приемлема интрижка или случайное знакомство. Дрю же не вписывается ни в одну из этих категорий. И никогда на самом деле не вписывался.
- Он... Он - мое зеркало, - это звучит глупо, когда я произношу слова вслух, но говоря их, ощущаю нутром, что это правда. - Когда я с ним, я не могу скрываться. Все фигня, все гнилые вопросы, что роятся у меня в голове, отражаются наружу, и я не могу их скрыть, не от него, не от себя.
- Дерьмо, - говорит Джордж.
Я начинаю вертеть листик в руке быстрее.
- Знаешь, что хуже всего? Несмотря на то, что с ним я вижу все свои недостатки, я... - я отбрасываю в сторону листик, когда из меня вырывается беспомощный вздох. - Боже, это прозвучит так нелепо, Джордж, но я чувствую... все, - я нажимаю ладонями на глаза, не желая смотреть другу в лицо. Потому что эмоции внутри меня так живы. Так чертовски неистовы, что их невозможно отрицать. - Я так счастлива, что боюсь сделать следующий вдох, потому что все это может закончиться.
Хоть, я его и не вижу, но могу ощущать присутствие Джорджа. И тяжесть его взгляда.
- Если все так хорошо, - говорит он наконец, - почему ты держишь парня на расстоянии?
Мне требуется несколько секунд, чтобы найти в себе силы на ответ.
- Потому что это положит всему конец. Он собирается завоевать весь мир, тогда как я собираюсь найти работу с девяти утра и до пяти вечера. И когда все закончится, то уже нельзя будет все вернуть обратно.
Молчание повисает в воздухе. Его нарушает только щебет сверчков и звуки отдаленного дорожного движения. Я хочу отползти в сторонку и умереть. Особенно когда Джордж вздыхает.
- Черт, Анна.
- Ага, - говорю я, зная, что он имеет в виду: Я испорченная.
Друг обнимает меня и притягивает к своему потному плечу. Я прислоняюсь к нему, только сейчас понимая, что комфорт рядом с Джорджем не сравниться даже и на половину с теми ощущениями, что дарит мне Дрю. И от этого чувствую себя еще хуже.
Я не видела Дрю всю неделю. Он написал мне, что из-за потраченного на выездную игру время, ему нужно время для занятий и наверстывания упущенного материала. На сколько я знаю, ни у кого нет такого напряженного графика, как у Дрю. На рассвете он тренируется с командой, после этого у него занятия, затем тренировка, потом встречи, а затем классная работа и учеба. Честно говоря, я шокирована, как он вообще находит время, чтобы видеться со мной.
Когда Дрю был свободен на этой неделе, я сама застряла на работе. Будто вселенная ополчилась против нас, наше единственное занятие вместе было отменено, когда профессор Ламберт отправила всем письмо о том, что заболела гриппом.
Но поздно ночью, когда я уже лежу в кровати, а он ложится в свою, Дрю звонит мне. Мы говорим о довольно поверхностных вещах, о всяких мелочах. Это означает, что прямо сейчас я ожидаю услышать его голос так сильно, как нуждаюсь в том, чтобы ощутить его тело напротив своего. Это так заводит и нервирует меня. Но может, немного пространства между нами к лучшему.