— Нас точно все еще влечет друг к другу. И сегодня днем он признался, что все еще любит меня. И я думаю... — я сглотнула и заставила слова слететь с губ. — Думаю, возможно, снова влюбляюсь в него. На самом деле, я уверена.
— Коко, послушай меня, — тон Миа был серьезным. — Ты не можешь принять его обратно. Его поступок непростительный!
— Но он извинился. — Я рассказала ей про разговор в озере, ее крики и возмущения подсказали мне, что она зла и возмущена по поводу его лжи и дурацкой логики также, как и я.
— Что он сказал?
Я встала с кровати и направилась к комоду, проводя ногтем большого пальца вдоль лакированного края.
— Сказал, что сделал так ради меня. Думал, что поступает правильно и после этого пожалел. — Я закрыла глаза. Какого хрена я делала? Оправдывала Ника? Разве я не звонила Миа, чтобы она успокоила меня, что я поступаю правильно, не вступая в отношения с Ником снова?
— Сожаление не оправдывает этот поступок, — сказала она со злостью. — Сожалеть можно: «Упс, извините, я наступил вам на ногу», «Упс, извини, я забыл про твой день рождения». Сожаление не сработает, если ты бросил свою жену в брачную ночь.
— Я понимаю, так же как и он. — Развернувшись, я прислонилась к комоду. — Он сказал, что ни дня не прошло без мыслей обо мне и сожаления о своем поступке. Он назвал меня любовью всей своей жизни.
— Брр! — взорвалась она. — Тогда ты тоже была любовью его жизни. Не то чтобы он только осознал это. Он сказал мне, что ты любовь всей его жизни, когда умолял дать твой адрес в Париже. Он даже не сказал мне, что ты была его женой.
— Прежде он не говорил мне, что я любовь всей его жизни. И затем я не дала ему и шанса.
Она затихла на мгновение.
— Считаешь ли ты его любовью своей жизни?
— Не знаю. Что если так и есть? Что если нам предназначено быть вместе?
— О боже. У тебя есть предчувствие насчет этого или что-то подобное?
— Я думала. Но когда мы поговорили о прошлом я разозлилась, и мне снова стало больно.
— Ты простила его?
— Я сказала ему, что да.
— А на самом деле?
Я закрыла глаза, ощущая тяжесть во всех конечностях.
— Нет. Не простила. Но я все еще люблю его, — сказала я беспомощно. — Потому что он милый, забавный сексуальный, и так хорошо меня знает. Он понимает меня. И так хорош в сексе.
— Но он лжет. Флиртует. И он бросил тебя. — Она вздохнула. — Твой список длиннее моего.
— Я знаю, никто не идеален, — сказала я. — он не тот человек, которым был тогда. Как и я.
— Тогда ладно... Что нужно сделать, чтобы ты простила его?
Я выпрямила плечи.
— Честно сказать, я не знаю. Но если я не смогу разобраться, значит, нет никакого счастливого конца. Я люблю его, но не хочу быть в отношениях, которые с самого начала отравлены обидой и недоверием. Как я могу быть уверенной, что он не сделает что-то подобное?
— Я не знаю, — сказала она тихо. — Полагаю, тебе нужно заняться самоанализом и понять, есть ли способ, которым он снова может заработать твое доверие. — Она громко выдохнула. — Послушай, я не была большой поклонницей Ника многие годы, но я верила, что он любил тебя. Может, все еще так и есть. И я также знаю, что любовь включает в себя риски, когда ты не знаешь, как все обернется. Но главным образом, я знаю одно, Коко — ты заслуживаешь своего счастливого конца.
Я улыбнулась, закрыв глаза, чтобы сдержать слезы.
— Спасибо. Люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя. Все будет хорошо.
— Откуда ты знаешь?
— А я и не знаю, — она мягко рассмеялась. — Но у меня хорошее предчувствие.
19 глава
Ник уже был на кухне, подпевая Фрэнку Синатра, когда я закончила разговор с Миа и направилась по коридору к гостевой ванной. Я приняла душ, помыла голову и надела один из взятых с собой сарафанов на бретельках с темно-синим и белым принтом. Так как я не знала, кто еще мог остановиться в комнатах для гостей, я не хотела полностью занимать ванную, чтобы еще сушить там волосы, поэтому я подключила свой фен в розетку позади комода в своей комнате и смотрела в зеркало над ним.
На верхушке комода стояло много семейных фото: снимок бабушки и дедушки Ника, который умер до нашего с Ником знакомства, снимок был сделан примерно пятнадцать лет назад; Ник и целая орава его кузенов сидят на переднем крыльце и едят мороженое; свадебное фото из 1940. Я могла определить время из-за прически «Виктори роллс» у невесты и покроя ее платья, а также широкого галстука на мужчине. Это явно было фото семьи Лупо, но я никого не узнала, даже молодую Нони. Хотя, подождите минутку... Я выключила фен и подняла фото в рамке, чтобы рассмотреть ближе. Справа от жениха и невесты стояла пара средних лет, которая выглядела знакомо, и женщина была такой низкой, что я моментально узнала их — прабабушка и прадедушка Ника, папа Джо и Крошка.