На самом пляже, после того как пьяный еще с ночи, студент Медведенко уваливаясь на одеяло, раздавил пластиковые стаканчики, стало понятно, что пиво придется пить прямо из трех литровых банок. Такой вариант, с переходящей из рук в руки банкой в глубоко-интеллектуальном студенческом обществе назывался – «банка дружбы». Когда Алексей и Олег, присоединились к компании, те уже проводя периодически по кругу пустеющий сосуд и уничтожая копченого леща, получали все прелести пляжного отдыха.
Женя «Лис», периодически отвлекался в сторону недалеко расположившихся - парочки девчонок. Что-то явно его смущало. Он, то прислушивался, то привставал на локти. Визуально подружки были даже очень ничего. Рослые, фигуристые. Дорогие оригинальные купальники, два красивых полотенца и аккуратно сложенные в хвостики на макушке волосы.
«Лис» все время прислушивался к их речам и никак не мог понять, о чем эти дамы между собой говорят. Шансов было не много, то «Медведь» чуть ли не запоет (это была с ним постоянная история по пьянке), то Леша «Пахан» что-то вечно начинает комментировать. Андрюха «Призрак», встретив на пляже, такого же, как и он сам - «металлюгу», в не свойственной для себя манере, тоже много говорил.
На постоянный вопрос Жени, к отдыхающим студентам: «кто-то знает, сколько уже времени?», никто вразумительного ответа, дать ему так и не смог. «Лис» решил совместить проход к соседке бабушке, с часами на руках, через расположение двух ему интересных незнакомок.
Проходя рядом с красивыми полотенцами и с не мене интересными их обладательницами Женя, максимально притормозил, желая услышать речь девушек. Но, фразы типа: «der strand ist nicht schlecht…» и «das wasser ist noch kühl!» , смутили его не на шутку.
«По ходу – немки, подумал он. - А какого, они здесь делают? – сразу возникла следующая мысль».
Два глаза пожилой женщины, прикрытые солнцезащитными очками, вернули его в песочную реальность. Почтенная дама с интересом рассматривала крепкого парня, приближающегося к ней. Женя вспомнил, о цели визита – узнать который час.
- Здравствуйте бабушка! – произнес он.
Видимо, после небольшого шока от услышанной им на одесском пляже немецкой речи, другое, в его заряженный пивом и лещом – ум, не пришло.
Женщина сняла очки и посмотрела в сторону двух мальцов, резвящихся у воды…
По ее взгляду можно было прочесть правдивую тираду: «Все из-за вас, спиногрызы зятевские!» Но, она стойко позволила молодому человеку завершить словесную цель визита.
- Сколько время? Скажите пожалуйста, - резюмировал «Лис».
Если в театре высшим мастерством считается умение держать паузу, то на пляже в Одессе, никто лучше дамы-одесситки не ответит, на заведомо провальный вопрос от юнца, - «а-ля, корнетовского» возраста:
- А, зачем тебе время – мальчик? – облизнув пересохшие губы, ответила «бабушка».
Женя понял, что его проход: от иностранок до почтенной дамы, есть - ни что иное, как – метафорическое отображение самой сути жизненного пути. Сразу – увлекаешься, потом – приближаешься и - в конце концов, ничего не понимаешь…
Погружение в глубины интеллектуальной осознанности, само направило его ноги к двум иностранкам. Девушки, синхронно повернулись в сторону подошедшего «Лиса». Женя присел на песок рядом и с выражением полного понимания, якобы прослушанного им некого пляжного эпоса от немок, согласительно - серьезно проговорил:
- Эс ист кальт! - и зачем-то сам, потом в голос перевел. – Это, очень холодно…
При этом, вещающий о холоде на пляже летом незнакомец, потер себя чуть выше локтей с обеих сторон.
Одна из девушек, более светлая, если можно так выразится, с интересом выраженным через удивление (так обычно замирают голливудские актрисы, играя в сценах с непониманием), зафиксировала свой взгляд на парне. Одним движением правой руки, она освободила от красной резиночки, светлый пучок волос на голове. Потом, ее полуоткрытый ротик, с полу улыбочкой отобразил:
- Was?
Женя закивал головой. Для юной иностранки, это могло вполне значить соглашательское: «was!was!», что в переводе на русский означало, не что иное, как простейшее: «что! что!»
Дамочка посмотрела на свою подружку. Та, с очаровательной детской улыбкой, только пожала плечами. Светлое каре на голове беседующей немки, еще пару раз меняло направление от подруги до незнакомца. Потом она широко улыбнулась, и чуть наклонившись назад, (при этом дав возможность Жене хорошо рассмотреть свои прелести под бюстгальтером), с жестом руки указывающем на собеседника, проговорила:
- Я поняля, это – der Sherz, я-я точньо, я-я – шютка!
Такой ломаный русский, из уст немки, окончательно возбудил «Лиса».