- Это коньяк, без маркировки, люди сами льют, - повел Слава, - но не залипуха! Нормальный спиртяк там.
И сделав потом серьезное лицо, он зачем-то добавил:
- Ты же не думаешь действительно, что этот коньяк растет за забором…
Кулан, посмотрел на него так, как смотрят на давно знакомого пациента и сделал крупный глоток из своего стакана.
- Гамула, та й гамула, - было его резюме на выдохе.
И, в этот момент родилась еще одна фраза-легенда, которой всегда пользовался брат-студент, опустошая емкости с не всегда известными ему хмельными напитками.
Обстановка в комнате Приднестровцев постепенно превратилась в классический ночной балаган. На столе остались несколько полных пепельниц, пару открытых бутылок «за заборного «Аиста», поломанные куски хлеба, надкушенные дольки громадного чеснока, соль и холодная тушенка в небольшом казанке.
Трех литровая, отсвечивающая желтым жиром банка, из которой ее периодически извлекали большой ложкой, мирно стояла у ножки стола. Колбасные деликатесы и брынза, привезенные именинником из дома, были съедены практически сразу.
Уже порядком опьяневшие Слава и Олег вели какой-то неспешный разговор. По обрывкам долетающих фраз было понятно, что «интеллектуальный» вектор таких прений был неизменен. «Квадратный» как обычно что-то утверждал, подкрепляя свои выводы фразами типа: «… ты что думаешь, там такого не бывает», или «я давно это говорил…». Олег «СредствО», вяло тому парировал своей любимой кодовой фразой: «Ты понимаешь Слава, как-то пох..уй» или просто: «та мне вообще - кп…»
Кулан тяжело привстал и предложил пойти перекурить в коридор:
- Пошли «Рыба», дунем в проходе, а то здесь скоро у меня глаза по вытекают от дыма.
- Идем, - ответил Алексей.
Вова «Монстр», молча поддержал своих коллег и так же проследовал к выходу. Высокий чуть худощавый Вова стал «монстром», благодаря случаю в рейсовом автобусе. Как-то летом, возвращаясь из дома на учебу в университет, он был вынужден уступить свое место. В и без того переполненный транспорт, зашла женщина с ребенком трех-четырех лет. Вова как воспитанный молодой человек предложил даме присесть. При этом сам был вынужден практически повиснуть над ребенком, расположившимся на коленях у женщины.
Первое время мальчик не сводил с Вовы глаз. Что тому было причиной доподлинно неизвестно. Внешность студента геофака не вызывала каких либо необычных эмоций, разве что, чуть великоватые выпученные глаза на овальном лице и непропорционально накачанная грудь, по отношению ко всему телу. Вова в старших классах пошел в качалку. Но шансы стать больше и красивее он почему-то предоставил только грудным мышцам. Объемы ножных икр, бедер и рук остались практически такими же.
Действительно человек внешность не выбирает, но «редактировать» себя он волен как душе угодно. Вова решил сосредоточить все самое красивое на себе – в районе грудной клетки. Но главная его особенность крылась в другом… Обладая, и так ярко выраженными глазами, он мог их увеличить при желании чуть ли не в два раза. «Я могу их выпучить за двоих, - говорил Вова, когда демонстрировал свой феномен на людях». При этом отобразив улыбку «рыбой» (это когда губы сжимают и максимально стягивают в низ), он действительно выглядел впечатляюще. Что-то среднее получалось: между старой маской японского самурая и говорящей красавицей – рыбой из советского мультфильма. Маленький мальчик у мамы на коленях, конечно же, не знал о таких способностях дяди напротив…
И Вова, не смог сдержатся, чтобы не отобразить чистому созданию все в лучшем виде. После второго сеанса с лицом, ребенок начал взглядом искать поддержки у окружающих его пассажиров. На третьем он прижался к маминой груди, закрыл глаза и зарыдал. Что именно сподвигло Вову на четвертую мимику не разгадал бы и сам Борис Бурда. Утешающая ребенка женщина в этот момент подняла глаза … и громко вскрикнула. Пассажиры автобуса начали переглядываться между собой.
- Молодой человек! Вы-вы что это такое делаете? – запинаясь, заговорила испуганная мамочка.
Вова стал - просто сам ангел. Глуповато – извиняющее улыбался, переминаясь с ноги на ногу. Женщина кое-как утешила мальчика и максимально отвернулась от Вовы, при этом не громко проговаривая:
- Это же надо…не дай бог наснится еще, монстр какой-то прямо! Ужас!
Благо Одесса была уже рядом, и все пассажиры благополучно покинули автобус, отправившись по своим делам.
Позже история дошла до общежитейской братии и добрый Вова, на все пять лет учебы, так и остался – «Монстром».