Снег, как на заказ, лепил замысловатые фигуры на деревьях и углах общежития. Иногда из входной двери вываливались парочки и небольшие компании. Курили, смеялись …
Одна из парочек, в которой он узнал молодую девушку-сестричку с первого курса и приезжего грузина, гостя Михо - Гиви, прямо так и свалилась со смехом в снег, после длинного поцелуя. «Сами – свиньи, бля..дь! А то,- хряк и хряк…- отвернувшись, подумал дворник».
Очередной выбежавший, с рычаще-страдающим криком, просто – блеванул, в не ожидающее ничего подобного, чисто белое полотно снега. «Тварь! - была первая мысль Сашы «Хряка». Еще пару движений, по расчистке порога и площадки перед общагой - и дворник, предварительно просмотрев весь фасад стены, быстро зашел в корпус здания…
За дверью, с «временами года», он взял небольшой целлофановый пакет и пару высоких армейских ботинок. Спрятал все это, под зимний тулуп и спокойно, уже не через шумную левую сторону общежития, а по правому лестничному маршу поднял к себе в комнату. Закрывая, через пять минут за собой дверь, Саша намеренно не погасил ночник у кровати.
Грохот от дискотеки и в тон ей разбушевавшееся стихия, заполняли собой смешанным, свистяще завывающим звуком коридорное пространство «пятерки».
Расстояние от своей, последней перед мужским туалетом комнаты на этаже, до бокового окна с торца здания, он преодолел за две секунды. Податливый, предварительно открытый створ, быстро проглотил в темноту человека в серой спецовке. У правого крыла коридора, на пятом этаже в этот вечер, то же возникли неполадки с освещением … Любой, случайно поднявшийся на этаж, вряд ли разглядел бы силуэт человека, в темном проеме окна. Саша умел готовиться, к своим вылазкам.
Через двадцать минут, сонный «Хряк», что-то как обычно, ворча себе под нос, прошел у двери, среди остатков празднующих студентов. Наступающий Новый год и два Дня рождения с успехом отгремели благодаря стараниям старшекурсников, в бывшей комнате для занятий по политинформации.
А, дорогая дубленка с лисьим воротником, спецовка и ботинки, сейчас надежно были спрятаны в тайнике стены за дверью, с надписью – «Времена года».
Допив второй, практически сразу после первого - стакан водки, Саша закусил. Толстый кусок сальтисона с луком, скрылся в его скривившемся от спиртного рте.
Шевеля только пальцам левой руки, он вдавил кассету в небольшой магнитофон на тумбочке. Женский крик :«Viva Kalman!» и последующий дикий смех, на фоне гитарного ритма пронзили его уши в пустой комнате, затмив собой ночное завывание уличной метели.
После выхода альбома «Коварство и Любовь», группы «Агата Кристи», прослушивание этой музыки, а в особенности песня про «белого мученика» – клоуна, стали его обязательной процедурой сопутствующей выпивке. Пил дворник - то же много, но сразу и практически залпом.
Так, изменив восприятие в один миг, он проводил через себя все приходящие в таком состоянии к нему вихревые страсти терзающие его душу…
Текст и ритм песни - «Viva Kalman», особенно ассоциативно пронзали суть изгоя, до самого сердца…
«Вечером здесь у него забота
Ведь унижение – его работа,
Но, посмеется последним
Наш невидимый герой, - подпел он, шевеля только губами Вадиму Самойлову.
Потом, маленькие глазки дворника блеснули, от умственной вспышки в его голове, и, не отводя внутренний взгляд от своих мыслей - он лег на кровать, перелистывая весь сегодняшний день и уже приближающуюся к рассвету, ночь…
Утро следующего дня (в комнате №52), все четверо ее нынешних обитателей, рассмотрели только после 12,00. Алексей, чуть приподнялся над подушкой, и одновременно выпутываясь из плена длинных волос Алены, приоткрыл шторку перед подоконником. Яркий блеск, покрытых ослепительно белым снегом веток каштана напротив окна, подобно направленному лучу света ударил по глазам. Он зажмурился и перевел взгляд на – «все находящееся» в комнате.
«Ничего нового, - как бы здороваясь, произнесла память, - таки допились, до снега, - как говорит наш «Лис».
Рядом мирно сопела его ночная подруга – Алена «Искренняя», чуть дальше – через стол, на соседней кровати, из под одеяла торчало худое колено Кулана, упершись в стенку шкафа. С ближнего зазора, между матрасом и второй стороной одеяла виднелась половина обнаженной, плотной ягодицы его подруги – Оксаны. Алексей глубоко вздохнул.
«Таки, гульнули… - подумалось ему само собой».
Организм человека-студента, все равно запрограммирован на активность – днем, хотя бы для того, что бы даже так просыпаться. Природу, подстроенную под общажную жизнь - не обманешь. Пошли шевеления, стоны, охи, смешки и обрывки фраз типа: «А мы таки вчера, пару коней оседлали…»