— Я хочу пить, — облизывает пересохшие губы.
— Сейчас принесу. Чего ты хочешь? Вина? Воды? — поднимаюсь на локтях, вскидывая бровь.
— Воды, — шепчет тихо, и я поднимаюсь с кровати и иду в сторону кухни, слыша тихо голос Никки мне в спину, — классная задница Майерс.
Усмехаюсь. Захожу на кухню и, набирая целый стакан воды, залпом выпиваю его. Еще один для Никки. Возвращаюсь в спальню, протягивая ей стакан. И снова ложусь на кровать рядом с ней. Наблюдая, как Никки жадно пьет воду.
Протягивает мне пустой стакан, который я тут же ставлю на тумбочку. Ложиться рядом со мной, укладывая голову на моем плече. Мы оба молчим. Все понятно без слов. Все уже сказано. Обещания даны. Чувства и желания вывернуты наизнанку. Сейчас нам просто хорошо вместе. Спокойно. Никки сворачивается клубком у меня под мышкой. Закрываю глаза, просто наслаждаясь тишиной и тихим стуком наших сердец. Сейчас все идеально. Но я понимаю, что так не будет постоянно.
Никки.
Солнечный день. Такой яркий. Мне наверно лет восемь. Сижу на лужайке возле дома с любимым мягким мишкой и наслаждаюсь свежим воздухом. Где-то далеко слышен шум машин. Наш дом далеко от дороги, и тишина это главная особенность нашего места. Лишь иногда слышится пение птиц и шум воды из речки, которая находиться в метрах семидесяти от нашего дома. Меня одну туда не пускают. Когда у мамы есть свободное время, мы отправляемся на пикник к берегу. В это время года в ней даже можно купаться. Несмотря на течение, вода нагревается, и становиться невероятно теплой. Жаркие лучи солнца ласкают мою кожу и немного слепят глаза. Зажмуриваюсь и ложусь на траву. Жаль, что здесь очень мало детей. У меня даже нет друзей. Только в школе, несколько девочек из других районов. Сейчас лето. Каникулы. И немного накатывает тоска. У мамы совсем нет времени гулять со мной. Но я очень люблю ее. Она мой самый дорогой человек. Рассматриваю облака, которых сегодня много на небе. Они похожи на животных, на лица людей. Корабли. Машины. Просто непонятные предметы. Мне нравиться рассматривать облака. Они своего рода загадки, которые мне хочется разгадать. Голос моей мамы где-то позади. Она ищет меня, и не замечает, что я лежу в высокой траве. Молчу. Хочется немного поиграть, хотя и знаю, что сейчас она будет злиться на меня и назовет несносной девчонкой.
— Николь, — снова громко мое имя, но я продолжаю молчать. — Никоооль. — Протяжно. Хихикаю. Играю в прятки.
Слышу мамины и шаги и свое имя. Потом она замолкает. И я понимаю, что она видит меня.
— Вот ты где негодница. Почему не отзываешь, когда я зову тебя?
— Ты меня нашла, — смеюсь, поднимаясь на ноги, и кидаюсь в мамины объятия. Практически валя ее на траву рядом с собой. Она обнимает меня в ответ, целует в щеку несколько раз.
— Моя вредная девочка. Я так тебя люблю, — обнимает меня сзади, и я чувствую ее заботу и тепло. Безграничную любовь. Эти чувства такие яркие, что отпечатываются у меня на сердце. Никто и никогда не будет любить меня так, как моя мама. Откидываю голову на ее плечо и расслабляюсь. Моя мама самая лучшая. Самая заботливая. Самая добрая и самая любимая. Я ее единственный ребенок, и буду заботиться о ней, когда выросту.
— Я люблю тебя мамочка. Очень-очень, — целую в щеку, обнимая за шею руками.
— Идем обедать детка. Я приготовила твой любимый супчик и черничный пирог. И если будешь себя хорошо вести, — мама щекочет меня по ребрам, и я начинаю хохотать, — то я дам тебе сладостей.