Меня разрывает на клочки. Все тело сковано безудержной обидой и злобой. Эта лживая тварь, даже будучи такой жалкой и беспомощной, еще больше превращала мою жизнь в кошмар. Не мог держать себя в руках. Напрочь потерял контроль. Не мог остановиться. Один взгляд, и я готов был продать душу дьяволу, лишь бы это мгновение не кончалось. Снова наматываю ее длинные волосы на руку, оттягивая голову. Продолжаю терзать ее киску, впечатываясь членом до предела. Быстро. Грубо. Как можно глубже. Мне плевать, что чувствует сейчас Никки. Ей вполне может быть больно. Заслужила сука. Пусть страдает так, как я. Пусть знает, что значит быть униженным любимым человеком. Мне хотелось сейчас высказать ей кучу гадостей, смотря прямо в глаза, и в это же время трахать. Чтобы посмотреть, как она будет бороться сама с собой. Противостоять мне. Только я не успел этого сделать. Каждый мускул на моем теле напрягся до изнеможения. В ушах зашумело. Оргазм обрушился, как лавина, заставляя меня в тоже мгновение кончить в нее. Член нервно дергался внутри ее влагалища, изливая сперму раз за разом. Замер. Придерживая Никки рукой, потому что ее знобило. Я даже улавливал, как стучат ее зубы. Это не холод. Эта та самая боль. Обида. Ненависть. Нервы. Вышел из нее и резким движением подтянул штаны. Никки стояла неподвижно, как кукла все еще упираясь руками в двери. Наклонил голову, отодвигая пальцами ее волосы.
— Помни мой член в себе. Каждое его движение, — ровным голосом, прямо ей в ухо, — и сука смыкай губы, когда твой муж будет трахать тебя на огромной роскошной кровати, потому что рано или поздно ты назовешь его моим именем, и тогда вся твоя сказка рухнет. Ты просто шлюшка Никки, это тоже не стоит забывать.
Отошел от нее. Распахнул входные двери и, не дожидаясь пока она уберется из моей квартиры, прошел на кухню. Уперся руками в подоконник и зажмурил глаза. Дурак. Не удержался. Дерьмо. Она же именно этого и хотела. Завести меня, чтобы я трахнул ее. Поддался. Снова. В последний раз. Хватит. Меня не отпускало это сжигающее непонятное чувство. Ненависть от зависимости. Ею. Наркомания. Но как избавиться от нее, если во рту горький привкус ее духов. Он постоянно со мной. Каждое ее прикосновение, словно татуировка, отпечаталось на моем теле. Клянусь богом, я помню все места, к которым она притрагивалась своими тонкими пальцами. Ее ровные красивее губы, блаженно целовали меня. Такие поцелуи не вырвать из памяти. Ни чем. Но я должен справиться. Она чужая. Не моя. Не была ею. И не станет. Все выдумка. Настоящее просто обман. А будущего и вовсе никогда не будет. Потому что сегодня ночью все окончательно рухнуло к нашим ногам. Мы оба попрощались друг с другом, так и не обменявшись нашими сердцами.
Глава 18
Райт.
Горячие пухлые губы обхватывают мой член, облизывая языком головку. Тепло разливается по телу. Медленно двигается от паха в живот, расслабляя меня. Откидываю голову на спинку дивана и наслаждаюсь ласками девушки, которую я вижу впервые в своей жизни. Это и к лучшему. Никакой зависимости. Связи. Ничего общего. Просто животная страсть, которую мне нужно выплеснуть, иначе я просто напросто разорвусь на части. Вчера вечером я так и стоял у окна, пока эта сучка не убралась из моей квартиры. Провожал ее взглядом, весь кипя от ненависти и призрения к себе. Зачем сука я трахнул ее? Для чего? Пошел на поводу собственных чувств и эмоций, и не смог удержать в клетке зверя, что неожиданно для меня, ожил внутри. Никки нарочно провоцировала на близость, а потом дрянь ревела, захлебываясь слезами. Чтобы вызвать во мне чувство жалости. За что твою мать я должен был пожалеть ее? За ложь? За все дерьмо в которое она меня измазала? У нее было миллион шансов открыть мне правду, но она упорно молчала до тех пор, пока я сам ее не узнал. Какой реакции она ждала? Все вопросы сейчас казались глупыми и бесполезными. Но они поглощали меня изнутри, не давая покоя. Весь сегодняшний день я ходил как зомби по квартире, не зная, куда деть себя. Хотелось лезть на стены. Орать. Только я молчал. Копался в себе. Думал. От этих мыслей голова была чугунной. В висках что-то барабанило. До самого вечера. Пока я не приехал к Рене. Мне нужно было вышвырнуть эту боль. Приглушить ее. Стереть из сердца каким-то образом. Забыться. Виларес был занят, но все же мою просьбу выполнить смог. Шлюха. Брюнетка. С зелеными глазами. С красивым именем Нина. Которая сейчас, стоит на коленях и сосет мой член, своими пухлыми накрашенными губами. А я по-прежнему сижу на диване, наслаждаясь ее работой. Выпил стакана четыре виски. Тело расслабленно. Голова приятно затуманена. Жаркий рот терзает мой член, прикусывая зубами головку. Чертовски хорошо. Возвращаю голову, смотря на девушку, которая аппетитно виляет задницей облаченной в тонкое кружево. Член твердеет еще больше. Твою мать. Хватаю ее за волосы, резче насаживая голову на свою плоть. В ушах появляется невнятный шум. В глазах меркло и бегают звездочки. Возбуждение вперемешку с алкоголем опьяняет меня еще сильнее. Девушка немного поднимает голову, распахивает глаза. Немею. Сука. Зеленые. Пылают похотью. Развратом. Проклятье. Мне знаком этот взгляд. Он такой же. Сейчас казалось, на меня смотрят те же самые глаза. Они принадлежат той, которую я люблю и ненавижу одновременно. Дрянь. Не могу оторваться от этих глаз. В них играют языки пламени. Вспоминаю, как смотрел в них, когда Никки кончала в моих руках. Боже. Это просто невообразимое зрелище. Такого не забыть никогда. Не выкинуть из головы. Но черт, я же наверно сам хотел этого, когда просил шлюху у Рене. Осознанно. Чтобы на мгновение поверить, что это Никки рядом со мной. Зачем сука я сам над собой издеваюсь? Мазохист. На миг меня уносит из этой комнаты. В воспоминания. Но ровно до тех пор, пока девушка не оставляет мой член и поднимается на ноги. Становиться ближе между моих расставленных ног. И ждет. Провожу ладонями по бедрам, ощущая пальцами тонкое кружево. Чулки. И опять сука вспоминаю, как Никки лежала на моей кровати. Горячая и возбужденная. И как я трахал ее сверху, а она обнимала мой торс своими ножками, облаченными в чулки. Нигде не укрыться от этих воспоминаний. Отталкиваю девушку и, поднимаясь на ноги, иду к столу. Бутылка виски. Откручиваю пробку и как ненормальный начинаю пить прямо с горла. В глотке все печет. Желудок, кажется, загорится огнем. Неудивительно. Сегодня кроме алкоголя в нем не было ничего. С грохотом ставлю бутылку на стол и упираюсь в него руками. Сердце начинает бешено трепыхаться, грозиться выломать грудную клетку и вырваться наружу. Мышцы каменеют. Воспоминания яркими картинками, сменяются одно за другим. Я не в силах управлять этим. Каждая мелочь. Каждое мгновение, когда мы были вместе. Сука я помню все. Интересно Митчелл хоть иногда вспоминает все, что между нами произошло этой осенью? Боже. О чем я. Разве сучка способна на это. Если бы Никки дорожила этими моментами, никогда бы не сделала того, что сделала. Никогда.