— И что будет Митчелл? Выставишь меня? Или скажешь своему мужу, что я твой бывший любовник, и ты не хочешь меня видеть на своем празднике жизни? — Каждое свое слово он проговаривает, будучи уверенным в своей правоте. И ведь это так. Все, что он сказал сейчас, я не смогу сделать.
— Выставлю, будь уверен. Мой муж не ходит за мной по пятам, и у нас хорошая охрана, которой я прикажу не пускать тебя, — сама не понимаю, зачем говорю этот бред. Просто нужно чем-то ответить ему.
— Врешь Никки, — мое имя. Шелковым голосом. Сладким. До дрожи. Тем самым, от которого мозги отключаются напрочь, — ты же сама хочешь, чтобы я пришел. Тоскуешь. Чертовски сильно скучаешь по мне. — Сглатываю. По телу расплывается приятное тепло от его слов. Прав сука. Скучаю. Готова лезть на стены.
— Нет! — Неуверенно. С вибрацией в голосе, которую он улавливает без труда. — Ты ошибаешься Райт. — Пальцы сильнее впиваются в телефон. Господи. Еще пара его слов и моему терпению и силе воли придет конец.
— Ты можешь обманывать сама себя Митчелл, но меня тебе не обмануть. Вчера, — затихает. Мне даже кажется, я слышу стук его сердца, — ты была в миллиметре от того, чтобы поцеловать меня на глазах своего благоверного. — Губы начинают гореть, когда я вспоминаю горячие дыхание мне в рот. Вспомни Никки, как ты любила мои поцелуи. Стонала от них. Только представь, что я снова целую тебя.
— Прекрати. Хватит, Райт. — Повышаю голос. Еле удерживаюсь на ногах, представляя сейчас жаркий поцелуй с ним. — Не смей приходить в мой дом. — Последняя попытка остановить его. Хотя я понимаю уже, что она будет провальной.
— Не нужно указывать Митчелл, что мне делать. Ты мне никто! — В очередной раз с усмешкой. — Приглашала меня не ты. Вообще знаешь что, мне надоел это жалкий разговор. Увидимся завтра Никки.
Готовься, я собираюсь с тобой поиграть. — Не успеваю открыть рта, как слышу короткие гудки в трубке.
Чертов сукин сын. Ненавижу. Хочется провалиться сквозь землю. Исчезнуть. Мы умрем завтра оба в этом проклятом доме. Неужели он не понимает, что играет с огнем? Это не его территория и тут другие правила. Райт погубит нас обоих. Завтра. Я считала, тогда в его квартире, был конец нашим отношением. Нет. Снова ошиблась. Конец будет завтра.
Все утро я была занята тем, что руководила прислугой, которая расставляла цветы и развешивала украшения. Клинт позволил мне воспользоваться агентством и нанять еще десять человек для помощи. Таким образом, все те недовольные лица, которые мелькали передо мной каждый день, занимались другими делами. Я спокойно могла почувствовать немного власти. Нет. Я не хотела показать, что я хозяйка в этом доме. Мне было необходимо подготовиться к вечеру. Немного закалить характер. Напомнить себе, какой я была еще два месяца назад. Жесткой. Циничной. Стервой. Тот образ жизни, никогда не доводил меня до слабости. Не позволял сомневаться. Я должна вернуть себя прежнюю. Для своего же блага. Для дальнейшей жизни. Все крутилось, как в водовороте. Муж несколько раз звонил с работы, все еще сомневаясь, что я могу справиться с приготовлениями. Только это четвертая годовщина. И каждый год я делала все сама. С нуля. Самое тошное будет вечером. Когда мне придется улыбаться всем его сомнительным дружкам и компаньонам. Выставляя себя примерной и любящей женой. Если прошлые три года, я относилась к этому спокойно, то сегодня меня выкручивало от всего, что происходило вокруг. Рядом была только Хана, которая постоянно предлагала мне кофе, или закуски. Ругая меня, что я ничего не ем последнее время. А мне действительно кусок в горло не лез, вот уже который день. Алкоголь и кофе без сахара. Весь мой рацион. Сегодня тоже ничего не хотелось. Но под грозным взглядом Ханы, мне пришлось съесть насильно сырную запеканку, которую она специально приготовила для меня. Старалась. И мне не хотелось обижать единственного человека, которому я могу доверять в этом доме. Минуты бежали как сумасшедшие, приближая тот самый момент. Клинт на мое удивление вернулся с работы довольно рано. Купив для меня новое платье по дороге. А мне честно, даже было плевать на то, что будет на мне одето этим вечером. Но Клинт всегда показывал меня своим друзьям, как самое дорогое свое приобретение. Это было так. Теперь я осознанно понимала. Я никогда не была полноценной женой. Была лишь картинкой, которой не стыдно похвалиться. Похвастаться. Вспоминаю похотливые взгляды гадких толстосумов, которые втихаря от моего мужа пускали слюни. Противно. Тошно. Не хочу больше находиться в этом мире, полным масок и жестоких игр. Даже наша годовщина было не что иное, как выгодная встреча самых влиятельных людей Майами. Они не отмечали наш праздник, все они решали свои дела. Совершали выгодные сделки. Пили самые дорогие вина. Фальшиво поздравляя нас с Клинтом. Устала я жить в этом спектакле. Нужно искать способ отказаться от роли. Покинуть сцену и начать жить спокойно.