— Хочу слышать тебя, — Никки приоткрывает рот, но молчит. Выхожу полностью. Потом медленно вхожу снова. Растягивая ее мышцы. Позволяя прочувствовать это сладостное ощущение. Никки не сдерживается. Впивается ногтями мне в кожу и стонет. — Еще Никки, я хочу слышать тебя громче. — Снова медленные движения моего члена, от которых сам зверею.
— Аахххххххх, — ее голос в разы становиться громче. — Райт, нас могут услышать.
— А может я этого, и хочу, — дергаю ее рукой за бедро, практически заставляя ее обхватить мой торс ногой. Чувства и ощущения настолько запутаны, что я не понимаю, что творю. Гнев. Ярость. Удушающая мука. От того, что она не моя. Не была ей, хоть и клялась. И сейчас с легкостью отдалась мне в своей спальне. Дерьмо, — чтобы твой муж услышал, как ты стонешь от члена другого мужика. — Бешено вдалбываюсь в ее тело, и Никки кричит, больше не сдерживаясь совсем. Громко. Откровенно наслаждаясь нашей близостью. Плевать на то, что твориться за дверями. — Он так же тебя трахает, как и я? Ты так же кричишь Митчелл, когда его член входит в твою сладкую киску? Скажи мне дрянь, прошу тебя. — На грани. Еще немного и я просто взорвусь.
— Нет! — Единственное что она отвечает мне, касаясь губ. Зажмуривает глаза. Ее так же рвет на части. Никки паршиво, как и мне. Только сейчас я понимал одно, выхода нет до сих пор. Она не сказала ни единого слова о том, что хочет быть рядом. Чтобы я забрал ее отсюда. Увез. Любил. Ей плевать на будущее. Она страшиться настоящего. Хочется просто выйти из нее и покинуть жизнь этой дряни навсегда. Но я не могу остановиться, чувствуя приближение сумасшедшего оргазма. Становиться невыносимо жарко, когда ее мышцы до боли сжимают мой член. Хватаю руками за задницу, немного отрывая от кровати, и быстрыми глубокими толчками трахаю Никки. Она то ли всхлипывает, то ли постанывает. Из-за странного шума в ушах, и животной разрывающей ненависти, которая сейчас овладела моими чувствами, ничерта не могу разобрать. В глазах бегают искры. Сука. Почему мне всегда так хорошо только с ней? Из-за того, что я, несмотря на всю грязь и желчь люблю эту дрянь. Не могу жить без нее. Сдохну. По позвоночнику пробегает озноб. Ее губы что-то шепчут мне в рот. Из всех слов улавливаю только свое имя, и пару фраз о безысходности и тоске. Никки говорит, о чем угодно, только не о том, чего я ожидал услышать. Мой член напрягается. Становиться еще тверже. В ней невыносимо жарко. Каждая наша близость доводить до безумия. Лишает любых здравых мыслей. Подчиняет нас обоих какой-то неведомой властью. И даже если тебе кажется, что ты ничерта не хочешь, она заставляет подчиниться. Пара глубоких проникновений, и я начинаю кончать в Никки. Долго и мучительно. Сгорая до пепла. Изливаясь до последнего спазма моего члена. Никки притискивается ко мне всем телом и неистово дышит в шею, впиваясь пальцами в кожу. Сам не знаю, но внутри что-то переворачивается. Чувства сменяются одно за другим, возвращая меня к состоянию растерянности. Осознание произошедшего начинает давить с разъяренной силой. До чего я опустился. Превратил свою жизнь в грех. Тошно. От себя такого слабого и безвольного. От Никки, которая лишила меня возможности жить нормальной жизнью. Отравила ядом. Приручила. И я как дурак. Готов переступить любые условности, чтобы совершить этот ошибочный шаг. Снова. Однажды вступив ногой в болото, уже не выйти. Оно засасывает тебя, отбирая все святое. Я погряз в этом дерьме. Поднялся с кровати. Молча. Не знал, что сказать ей. Не хотел смотреть в глаза. Меня воротило от этой комнаты. Дома. Ее присутствия. Быстро подтянул штаны. Застегнул рубашку и поднял пиджак с пола вместе с бабочкой. Которую тут же засунул в карман. Дыхание никак не могло восстановиться. Хочется выпить. Неумолимо. Понимаю, что уже ничего не спасет. Думал, найдется выход. А нет. Еще больший тупик. Со всех сторон. И небо над головой исчезает. И воздух кончается. Жизнь замирает. Теперь уж точно. Слышу скрип кровати и шаги позади себя. Надо повернуться и посмотреть ей в глаза. Не могу. Сука, ну почему у меня не хватает сил просто вырвать Николь из своей жизни и оставить здесь. Не пытаться найти какую-то надежду во всем. В этом мерзком и грязном сексе, который только что был. Который заставил еще больше презирать и ненавидеть. Себя в первую очередь. Не могу я смириться с этим. Нужно время. Много или нет. Непонятно.