— Не сходите с ума, приятель! — Кауфман криво улыбнулся.
— Я умоляю вас! — Григорий схватил Кауфмана за рукав. — Мои нервы не выдержат. Где Полдиг сейчас?
Кауфман освободил руку, манерно откозырял Григорию:
— Надеюсь, без меня вы не будете скучать. Все, что захотите, вам подадут в номер.
После отъезда Кауфмана конвоиром Григория остался тот же высокорослый молодой жандарм. Он, не раздеваясь, разлегся на кровати, молчал, лишь изредка взглядывал на Григория, но всем своим видом показывал, что любые попытки отклониться от предписанного регламента будут пресечены.
Григорий смотрел за окно, из которого были видны здания комендатуры и жандармерии. Когда из подъехавшей машины выскочил Блекер, он удивился: одно дело было дразнить этим Кауфмана, другое — убедиться в том, что Гердт действительно отправился вдогонку. Было понятно, что Блекера гнало нечто большее, чем ревность. Но — что?
— Вы знаете господина Блекера? — обратился Григорий к молодому жандарму.
Тот, услышав знакомое имя «Блекер», но не понимая русского языка, смотрел на Григория с подозрением.
— Там Блекер! Там! — Григорий показывал пальцем в окно.
Жандарм нехотя поднялся, подошел к окну, но Блекер уже скрылся в здании жандармерии, и подозрение увеличилось во взгляде жандарма.
— Блекер! — толмачил ему Григорий. — Комендатура! Жандармерия!
На счастье, Блекер уже вышел на крыльцо, и жандарм увидел его. Григорий стал открывать окно и, как только створки отворились, крикнул:
— Господин Блекер!
Через минуту Блекер был в номере. Он тут же властно выгнал конвоира, спросил:
— В чем дело?
— Господин Кауфман оставил меня дожидаться его возвращения, — ответил Григорий. — Ои угрозами заставил меня поехать с ним и с Анной…
— Где Анна? — перебил Блекер. — Когда и как она сбежала?
— Никуда она не сбежала. — Григорий устало опустился на стул, вытер со лба пот.
— Как — не сбежала?!
— Так. Не сбежала. Я не знаю, зачем Кауфману понадобилась эта инсценировка. — Григорий вздохнул. — Он вместе с Анной поехал навстречу Полдигу.
— Бог мой! — Блекер на мгновение закрыл глаза. — Она никакая не баронесса! Она неизвестно кто! Пришел ответ на запрос Кауфмана. Она — партизанка!
Похоже было, что у Григория отнялся язык. Он смотрел на Блекера, бессмысленно выпучив глаза и не произнося ни слова.
— Что вы на меня смотрите? — не выдержал Блекер. — Какого дьявола?
— Зачем мне знакомства с партизанами? — глупо улыбаясь, спросил Григорий. — Генерал не похвалит меня за это. Я думаю, ему это не придется по вкусу.
Блекера занимало другое.
— Когда они выехали? Можете вы отвечать? Или от страха у вас отнялся язык?
— В семь утра. Но маршрут знает только Кауфман.
— Глупости! — сказал Блекер. — Местная жандармерия тоже знает маршрут. Мы попробуем догнать их. И вы, кстати, поедете со мной! Ясно?
— Делайте, что хотите. — Григорий качал головой. — Мне все равно. — Вдруг он забеспокоился: — Я не могу показаться генералу в таком виде.
— Что это значит? — не понял Блекер. — В каком таком виде?
— Не знаю, как объяснить вам… Я должен быть в хорошей форме. Этого требуют наши отношения.
— Короче! Конкретнее! — потребовал Блекер, заметно теряя терпение.
— Я должен быть выбрит, выглажен. Я не могу заставить его недоумевать. Иначе мне придется жаловаться… А тут вы…
— Ваш туалет отнимет слишком много дорогого времени. Мы наверняка не догоним Кауфмана. — Блекер не знал, как себя вести, как поступить.
— Хорошо, — согласился Григорий. — Давайте сперва догоним. Но… где и когда мы встретим генерала? Может быть, я смогу привести себя в порядок по дороге?
Блекер задумался. Потом позвал:
— Пошли!
На улице он распорядился:
— Подождите меня в машине, — а сам снова направился в жандармерию. Выйдя оттуда, он сел рядом с Григорием на шоферское место, некоторое время молчал.
— Что вы решили? — спросил Григорий.
— Генерал завтра утром выедет из Лепеля. Мы можем дождаться его в Бегомле. Там к вашим услугам будут парикмахерская, баня и прачечная. Устраивает?
— Вполне.
— Но до Бегомля мы должны догнать Кауфмана. То есть, скорее всего, мы застанем его там. Я не думаю, что он решится двигаться дальше. — Блекер снова помолчал и вдруг спросил: — Зачем ему понадобился Полдиг? Что он опять задумал?
— Простите, Гердт, — ответил Григорий, — я только теперь начинаю сопоставлять некоторые факты. По-моему, он давно знает, кто такая Анна. И вот везет личный подарок генералу. Вчера он сам поместил Анну в госпиталь, потом вечером вывез ее оттуда, а утром, как ни в чем не бывало, удивлялся ее «побегу». Постарался избавиться от меня, когда убедился, что я действительно знаком с Полдигом.