- Меня?
Она засмеялась. Отчаянно, с судорожными вздохами и всхлипами, и все никак не могла остановиться. Мужчина молча сидел рядом на полу.
По крыше барака неспешно прохаживались ночные чудища, те, что питаются болью и страхом. Невидимые и неслышимые для большинства смертных. Вот уж кому война пошла впрок, так открыто и вольготно эти твари давно не жили.
- Так много вкусной еды. Что с нами будет, когда все закончится?
- Закончится? Никогда!
- Где Клари? Такая сочная девчонка-взывающая скоро будет улетать. Он ведь чует смерть.
- Клари объелся на годы вперед.
- Когда это его останавливало? - хохотнул собеседник, сыто потягиваясь.
- Значит она будет жить.
- Не думаю, ей не за что держаться. У нее ничего нет. Сейчас девочка тянется к тем, кто ее бросил. Она тянется к мертвым. Такая сладкая... Жаль - эта еда не для нас.
- Тебе мало? - вопрос прозвучал неожиданно зло.
Ночные чудища затихли, продолжая наблюдать за бараком.
- Я люблю тебя, и ты вернешься домой, - твердо произнес Яков с непонятно откуда взявшейся уверенностью.
Ее глаза вдруг стали осмысленными, в них мелькнула надежда. Если взывающую что-то связывало с миром, она легче других переносила болезни, неосознанно хватаясь за тонкие, нематериальные, но удивительно прочные нити: привязанность, дружба, долг.
***
Оранжевая луна взошла над горизонтом, приветствуя своих сестер. Проснулись ночные твари, скоро придет время охоты и поисков самых лакомых кусочков.
Алесса драила полы в секторе именованном «МИ2», что расшифровывалось «Медицинские испытания блок № 2», вместо Карисы. Женщина ублажала старшину лагерного самоуправления. Алесса сменила воду и поднялась на второй этаж, остался один коридор. Железная дверь в одну из комнат, вся исчерченная магическими рунами, оказалась приоткрыта. Рядом никого, тишина... Девушка торопливо осмотрелась и заглянула в щелку. В пленниках, что находились внутри, она с трудом опознала людей. Истощенные тела покрывали струпья и наросты. Одно из этих... существ остервенело сдирало их вместе с кожей и кусками мяса. Рот несчастного был широко открыт, от крика должны были лопаться барабанные перепонки, но не доносилось ни звука.
От ужаса, не понимая, что делает, Алесса отступила на несколько шагов, смочила тряпку и механически десять минут терла крошечный клочок пола. Потом вылила воду, повесила сушиться инвентарь, и пошла к бараку. На полпути девушка упала на землю и разрыдалась.
Чьи-то руки ее осторожно подняли.
- Алесса, Алесса, пойдем, - взволнованно выдохнул Яков, его речь лилась с неслышимым ранее акцентом.
Слезы внезапно закончились. В сердце стало пусто, а взамен девушка обрела способность мыслить четко и ясно. Алесса, не отрываясь, смотрела на мужчину, так, словно впервые увидела.
- Кто ты, Яков?
Он беспокойно обернулся по сторонам и указал в сторону раскидистого куста дикороса.
- Кто ты, Яков? - снова спросила девушка, уже в тени.
- Половинка на половинку. Отец из Королевства, мать - дочь купца Империи.
- Я видела тебя раньше, - прошептала Алесса, погружаясь в воспоминания.
- Бой возле Северного Хребта. Ты вытащила меня, такая маленькая, где только силы взялись! Оттащила прочь, а за спиной уже все полыхало.
Он улыбнулся, и море теплоты накрыло незримой волной. Там мужчина впервые в жизни влюбился. Едва встав на ноги, Яков пошел ее искать. Только войска двинулись дальше, и никто не знал, в какой из частей рыжая лекарка.
- Ты был с нашими.
Он кивнул и опустил голову, пряча то, что было слишком болезненным, а потому только его личным.
***
С внутренней стороны колючей проволоки, настороженно принюхиваясь, скользили два небольших зверька с короткой жесткой шерсткой и крохотными бусинками глаз.
- Напрасно мы сюда пришли.
- В схроне лежало двенадцать кристаллов. Нам бы хватило!
- А сейчас нет ничего.
Непроизвольно они придвинулись ближе друг к другу. Страшное место уничтожило без следа кристаллы и сотнями невидимых щупалец тянулось ко всему живому. Уже прошла треть срока царствования весны, но зверей пробирал холод. Впрочем, здесь они бы мерзли и в знойный летний полдень. Был бы хоть один кристалл! Его энергия обеспечивала защиту, отворяла туннели, согревала. Кристаллы дарили дети и влюбленные с селения около реки. Теперь на его территории звери не узнавали привычных очертаний: слишком сильным оказалось сплетение боли и смерти. За оградой рыскал, ожидая своего часа, новый вид собак, обученный бросаться и рвать на части людей и всех существ, в коих таилась хоть толика магии. А в них ее было о-го-го сколько!
Два зверя продолжали свой путь. Очнувшись от зимней спячки, они захотели вернуться в летнее прибежище, но люди разрушили их дом. Стая рассыпалась, умирала, уходила дальше в леса. Энергия кристаллов закончилась, подземную жизнь пришлось оставить; чудные города за недели ушли в небытие, магия больше не держала своды туннелей. Вверху же, они стали слишком легкой добычей.