Мужчины раскладывают инструменты, осматривают бугор, распределяют работу, а потом дружно приступают. Бегут на помощь дети, тащат к костру бурьян и мелкий мусор, усердно скребут ограду, неуклюже копают землю. К полудню бугор приведён в порядок, снова сверкает свежей краской ограда, стоит новая лавочка, снова золотом выведены Заветные Слова на памятнике. Женщины зовут к столу, вытаскивают из Синей Реки расшалившихся детей, мужчины снимают мясо с мангалов. У памятника остаётся только один человек, тот самый. Он хмур и задумчив.
- Грядёт новая война, Мальчиш. Всю Россию и все буржуйские страны сейчас лихорадит, такие чудные события каждый день происходят, что глазам не веришь. Буржуины поссорились друг с другом, Плохиши поссорились друг с другом, буржуины поссорились с Плохишами, Плохиши поссорились с буржуинами. Все интригуют против всех, все правила нарушены. Это потому, что всё, что они накопили, заработали и награбили, они разворовали и растратили. Надвигается буря. Плохишей начали убивать в буржуйских странах, деньги у них выгребают. А оружия такого понапридумывали, что тебе и в страшном сне не привидится.
Он усмехнулся.
- Правда, солдаты буржуинов в обморок падают, когда над ними наши самолёты пролетают. Обленились, размякли. Трезвыми на боевое дежурство уже не выходят. Их, как всегда, больше. Но они идут в армию за выгодой, так что бойцы из них… Скоро увидим. Могут и вообще на войну не выйти. Мы тут наваляли пару раз кое-кому. И сами попрактиковались, и врагов напугали. Так что, мы-то готовы.
Он листает новости на экране смартфона, что-то поясняя Мальчишу, и качает головой.
- Ну, вот сам посуди, как из этого без войны выбираться. До сих пор ни у кого не получалось. Мы не напрашиваемся, мы знаем цену войне. Но если приходится, то не отступаем и не останавливаемся.
Он зябко поводит плечами, хотя полуденное солнце щедро греет высокий бугор.
- Я не знаю, кто к тебе придёт в следующий раз.
И смотрит на беззаботно играющих детей, и мрачнеет ещё больше.
- Может быть, даже и не они.
К вечеру кортеж разномастных машин покидает берег, и снова становится тихо на высоком бугре. Но в интернете на многих страничках появляются фотографии старой могилы, и прикрепляется старая история. И в разных городах России на балкон выходят покурить хмурые люди, а потом достают смартфон и смотрят, сколько километров от их дома до заветной могилы, и открывают календарь, и прикидывают, в какой день у них будет достаточно времени, чтобы обернуться без ночёвки.
Давно уже нет пионеров, распался комсомол, не посвящают малышей в октябрята. Но летит по России салют в сердцах упрямых Мальчишей, которые знают Ту Самую Военную Тайну, которые не склонились перед буржуинами, которые не верят больше Плохишам. И выходит на блокпосте одинокий солдат с ручным пулемётом против бронеколонны, и отступают Плохиши, страшась смерти. И снова, как деды и прадеды, сбитый лётчик отбивается от наёмников буржуинов, и подрывает себя вместе с врагами. И снова, как деды и прадеды, шахтёры выходят против вооружённых орд предателей и мародёров, и годами отбиваются от их нашествия. И злятся всё больше Плохиши, забравшие власть в стране в свои руки, и горестно восклицают, что не тот им достался народишко, не тот! И всё больше мрачнеют люди, поглядывая на роскошные машины и огромные жилища Плохишей.
И спит вечным сном Мальчиш Кибальчиш, отдавший жизнь за то, чтобы не было у власти ни буржуинов, ни плохишей. И приезжают на могилу люди из разных городов, и каждый подновляет Заветные Слова на его памятнике.
А кто их не знает, пусть съездит на берег Синей Реки, поднимется на бугор, и прочтёт.