Она покачала головой.
- Зачем? Если еще поднимется...
- Потому что толпа глупа, - ответил я. – Даже если толпа экспертов. Чем выше поднимешься, тем больнее падать. Надо успеть понять, когда чересчур...
Ее глаза округлились.
- Страсти какие. Голова кругом. Нет, простым людям даже подумать страшно. А непростые, значит, на таком зарабатывают?
- Кто-то зарабатывает, - согласился я, - зарабатывает очень много. А кто-то теряет все, что накопил раньше. Так что если у тебя есть деньги, покупай доллары. Сейчас по одиннадцать, зимой будут по тридцать и даже пятьдесят.
Она вздохнула.
- Нет уж, о таком о подумать страшно. Если есть деньги лишние, лучше в банк под высокий процент.
- А если банк лопнет? – спросил я. – А банкир с деньгами убежит за границу?.. Ладно, твои деньги – твой риск.
- Все говорят, - сообщила она важно, - начинается подъем. Денег банкам нужно много, проценты будут еще расти!.. Но если будут расти и цены на нефть, я поверю, что вам не пришлось резать, убивать и грабить, чтобы купить такую квартиру!.. Или убивать и закапывать в подвале слишком уж многих.
- Не слишком, - подтвердил я. – Я наживаюсь на своих знаниях, а не на обмане. Так что успокой свою совесть, работаешь не на грабителя.
Она ответила уныло:
- А я уж размечталась просить о повышении жалованья... А у почти честного человека уже как-то не с руки. Честные деньги даются труднее.
- Интересно, - ответил я. – А почему у мошенника можно просить о жаловании повыше, а у честного нехорошо?
- Да тоже вроде обман, - пояснила она. – У меня приличное жалование. Из краденного можно и доплатить, краденых не жалко, но если в самом деле заработано...
Все же в ее голосе уловил нотку сомнения. Трудно поверить, что большие деньги можно заработать на аналитике или чем-то еще непривычном. Ничего, скоро услышат имена Маска, Цукерберга, Брина...
Пока она возилась на кухне, я прошел в кабинет, там у меня лучшие на этот день компы, связь, включил, начал просматривать финансовые сводки и прогнозы.
Наращивал богатство я и в прошлых линиях, но пришлось похерить и вернуться взад, потому что не успевал, никакие деньги не могли спасти, помню как бабушка невесело шутила: «хоть верть-круть, хоть круть-верть, а и под черепочком найдет тебя смерть».
Вообще-то мои предыдущие линии жизни можно бы условно назвать сэйвами жизни, если бы можно было возвращаться в какие-то зачекпоинтные моменты. Но, увы, всякий раз снова и снова с внутриутробного состояния.
С другой стороны, помню как шел по разным линиям, оказываясь на разных ступеньках власти и богатства. Если вдруг восхотелось бы просто пожить, зная абсолютно все наперед на срок моей жизни, то можно ничего активно не делать и не менять, разве что наперед знаю, с какой у меня в прошлый раз не получилось, а какая сама хотела под меня лечь, да я узнал об этом только через двадцать лет.
Но есть линии, в которых чувствую себя достаточно неуютно, и которые не захотел бы проходить заново. Это в них, зная все наперед, глупо и бесцельно сколотил огромные состояния. В одной линии у меня только в России семьдесят два миллиарда долларов, а по миру еще сто двадцать восемь, в другой вообще понес, закусив удила: семьсот двадцать миллиардов личного состояния, кроме того активно вмешивался в политическую жизнь даже очень крупных стран, легко смещал одних, ставил других, но лучше не становилось…
Успел выйти вовремя, избежав двенадцать очень серьезных покушений и начало одного правительственного расследования, тоже не сулящего ничего хорошего. С той поры линии чересчур удачливых олигархов не продолжаю, слишком опасно.
Из кухни донесся голос:
- Артур Николаевич, готово!
- Спасибо, - ответил я.
Она поинтересовалась:
- Вам в кабинет принести или изволите на кухню ножками?
- Изволю, - ответил я нетерпеливо. – Оставь на столе и топай домой. Уже поздно, а то попаду под статью эксплуатации человека человеком.
Она засмеялась.
- Как скажете. Посуду отскребу утром.
Я услышал как захлопнулись автоматические защелки на двери, все верно, нет смысла дожидаться грязной посуды, уже знает, если ситуация на рынках благоприятная, а у меня свободные средства для новой интервенции и захвата мощностей, то на кухню могу выбраться из кабинета и через час или два, а то и под утро.
Если в Харькове работа допоздна, то в Москве, в самой гуще событий, когда знаешь наперед, когда и что, вообще Крым и Рим. Здесь возможность пополнить состояние на каждом шагу, без чего просто ну не жить.