Он ответил с еще большей неохотой:
- Да захватывать захватывает, но как бы не рухнуло в самом начале. Я уже повидал жизнь, моя спина выдержит, а для молодых сразу все пропало...
- Не рухнет, - сказал я. – Не рухнет!.. Я представлю довольно большую группу миллиардеров, которые уже вложили больше половины своих средств в это дело. Вы понимаете, почему.
Он усмехнулся одной половинкой рта.
- Еще бы. Но если пойти по этой дороге... все равно результат будет не скоро. И неизвестно, успеем ли именно мы. Возможно, только следующее поколение... Там впереди столько камней на дороге!
- Догадываюсь, - ответил я. – Даже, если дрозофилу или мышь сделаете бессмертной, это не значит, что такое тут же можно перенести на человека. От дрозофилы до мыши еще несколько лет, верно?.. А от мыши до человека столько же, если не больше.
Он посмотрел на меня с уважением.
- Ухватываете суть. Человек – самое сложное, что сумела создать вселенная.
- Выбора нет, - напомнил я. – Либо все умрем, либо... не все. Человечество всегда мечтало о бессмертии, но на этот раз мы в самом деле близко. Стыдно умирать на пороге.
Он медленно наклонил голову.
- Вы проблему уловили.
- Это еще что, - сказал я бодро. – Планируем расширить наше акционерное общество. Всякий, кто купит наши акции, войдет в бессмертие в числе первых. Если доживет, конечно.
Он сказал с сомнением:
- В финансах понимаю плохо, но если для акционеров на всякий случай выстроить большое хранилище с криокамерами?
- Прекрасная мысль, - сказал я с восторгом. – На уровне идей вы наш человек! По сути практически гарантируем каждому акционеру бессмертие. Если, конечно, у него в кармане не одна жалкая акция в доллар весом.
- Да, - ответил он медленно, - это даст вам дополнительные средства.
- На развитие науки, - сказал я, - на развитие науки! А то уже вижу, что подумали. Поверьте, не все финансисты только и думают, как нажиться. Все с собой в могилу не заберешь, знают. И готовы ухватиться за любой шанс, даже призрачный. Что мы и делаем. Вы с нами?
Он криво усмехнулся.
- Как и вы с нами.
Глава 2
Глава 2
Пообщался еще раз с ребятами из журнала «Биохакер». Взаимоотношения с главредом, трения с коллективом, где есть и буйные, ну как же без них, попытался утихомирить и заметил, что на меня смотрят, как на ретрограда, что не понимает смелого взлета их мысли, или не решается сделать следующий шаг.
Я смотрел с нежностью, мне-то понятно, что сейчас биохакерство – это БАДы, различные препараты, что абсолютно ничего не дадут, только зря истраченные деньги, но ребятам говорить не стоит, пусть думают, что Омега-3 или еще что-то, чьи ценные свойства только что открыли, дадут ключ к полному здоровью и продлению жизни.
Главное, сохранить этот настрой, сделать биохакерство как можно более масштабным. Массовым все равно не станет, но позже появятся в самом деле препараты, что воздействуют на когнитивные способности, а затем придут гаджеты, что можно встраивать в тело, типа электронных ключей для прохода через турникеты в метро, о чем ребята и сами догадываются, но пока это все в задумках, что кажутся безумно революционными..
Таис в мужско-женском костюме, выглядит так, словно только что с приема в Кремлевском Дворце Съездов, торжественная и победоносная, поднялась из-за стола и пошла ко мне с таким видом, что мне захотелось отдать ей честь.
- Блеск, – сказал я, - вижу, все идет лучше некуда. Последний выпуск вообще что-то! Расхватали на цитаты, хотя статья насчет замедления прогресса слишком задиристая.
Она возразила:
- Но вызвала ажиотаж и споры! А это внимание и тираж. Здравствуйте, Артур Николаевич!
- Привет, - ответил я, - ведите, изволю взглянуть государевым оком.
В своем кабинете она повела красноречивым взглядом на диван, это у нас уже в правилах игры, обыгрываем тему близкого секса работодателя с работником, когда уже вот-вот, но все то некогда, то лыжи мешают.
Вообще-то так интереснее, прелюдия для знающих цену интереснее самого спектакля. это понимает и, как мне кажется, вздохнула еще тогда с великим облегчением, когда я в нужный момент мазнул пальцем по пробелу.
- Прекрасный диван, - сказал я. – И еще не продавлен... слишком уж заметно. Или это новый?