На землю пала густая тень, в небо глухо и мощно прогрохотало. Летняя гроза надвинулась быстро и стремительно, как всегда короткая, даже с ярким солнцем, в его лучах струи дождя показались просто падающими жемчужинами.
Народ с визгом разбежался, кто-то вскочил в подъехавший троллейбус, другие укрылись под навесами вдоль улицы, а намеченная моим неандертальцем самка отступила под широкий козырек ближайшего здания, что оказалось рестораном «Интернациональ».
Я почти уткнулся в нее, убегая от плотных косых струй, сказал весело:
- Ну и ливень! Это полчаса, не меньше!.. Поужинаем? Плачу я!
Она чуточку поколебалась, чувствуется провинциализм, у столичных уже заготовлены ответы, наконец ответила с некоторым беспокойством:
- Это не кафе с дешевыми булочками.
- Да, - согласился я, - но зато так вкусно!..
Она все еще колебалась, я взял ее под руку и почти потащил к двери, но дальше пошла со мной рядом уже спокойно, точно из деревни или маленького городка в провинции, там все еще признают мужское доминирование.
Глава 7
Глава 7
Внутри ресторан сдержанно роскошен, имидж обязывает, сюда молодежь не заглядывает, только люди солидные и степенные, никакой оглушающей музыки, нет стриптиза, только спокойная и располагающая обстановка.
Я усадил ее за стол, сел напротив, сразу же рядом возник официант.
- Здравствуйте! Что на этот раз?
- Как обычно, - сказал я. – Плюс для моей спутницы то же самое, хотя порции поменьше, а то истолкует как намек и обидится.
Он поклонился и растворил в воздухе, как джин из сказки про Али-бабу.
- Меня зовут Артур Николаевич, - сказал я, - но в данном случае просто Артур.
- Я Валентина, - сообщила она с улыбкой. – В данном случае можно просто Валя.
- Прекрасное имя, - ответил я. – Не пугайтесь, что затащил вас так внезапно и грубо. Целый день в ожесточенных спорах, подписании договоров, всегда на взводе, все норовят обжулить, мир такой, это же бизнес... а вы показались как луч света, что ведет в рай!
Она улыбалась, но держится все еще настороженно, а когда официант принес тяжело нагруженный поднос и начал переставлять на стол широкие блюда, в изумлении вскинула широкие брови.
- Все это съедите?
- Проголодался, - признался я. – Целый день, как загнанный пес, даже листок не ухватил на бегу, как коза-дереза.
- Коза-дереза, - напомнила она, - плохо кончила. Этот ужин потянет на месячную зарплату!
Я отмахнулся.
- Главное не малые траты, а малые доходы. Мои позволяют.
Они окинула взглядом тарелки, уже поняла, что я здесь бываю часто, поинтересовалась:
- Надеюсь, не угрохиваете все на жратву?.. На жруна не очень похожи, хотя кто знает...
- Не угрохиваю, - согласился я. – Стыдно сказать такое во время тотального ЗОЖа, но частенько вообще поесть забываю. И пока не начнет сосать под ложечкой... хотя не знаю, где это. Считайте, что это у меня не только ужин, но упущенный завтрак и обед тоже.
Она чуть наклонила голову, во взгляде промелькнуло сочувствие.
- Выглядите очень увлеченным человеком... Но, скажите... почему вдруг решили затащить меня в этот роскошный ресторан? Озабоченным самцом не смотритесь. У тех на лице крупными буквами, кому бы вдуть и не потратиться.
- Не знаю, - ответил я. – Вдруг вот так пришло.
- Мне показалось, - произнесла она тихо, - у вас отношение ко мне как к потерявшемуся ребенку... или к щенку, что озяб и дрожит под дождем, не знает, куда идти.
Я умолк на несколько мгновений, женщины все-таки опережают нас в понимании мотивов поступков, которые на уровне рефлексов.
- Ну, - проговорил я несколько сбивчиво, - вообще-то на подсознательном уровне так и должно. Только не говорите это вслух! Скоро признать женщину слабее будет считаться оскорблением.
- Не поверю, - сказала она.
- Сейчас, – сказал я, - мужчина, проходя в пяти-семи шагах от женщины, берет на это время ее под защиту. От всего!.. Завтра будет уже не так. Да попробуйте же этот вондерлекс, совершенно изумительное блюдо!.. Даже я, равнодушный к кулинарным изыскам, чувствую сколько усилий вложили в такое совершенство!
- Что за вондерлекс?
- Фирменное, - пояснил я. – Здесь придумали. Теперь каждый старается выпендриться какой-то фишкой. Чтоб запомнили.
Она ответила тихо:
- У меня нет фишек. Самая обычная.
- Уже нет, - ответил я легко. – Не все решаются оторвать задницу от насиженного места и прибыть в опасную и непредсказуемую Москву.