Мы выстроились в очередь. Получилось так, что я встал последним из нашей группы, и сзади в меня кто-то ударился, видимо от того, что сам я резко затормозил, чуть не наступив на пятки Светланы. Сзади, оказалось, стояла та девушка с почти белыми волосами. Она поклонилась, но заговорила её мама, не дав дочери проявить вежливость вслух.
— Ой, молодой человек, простите, пожалуйста. Соня, ты чего молчишь? Извинись! — Сухой трескучий голос сделал странный акцент на последнем слове.
— Прошу прощения, — Соня нагнулась ещё раз, а отец семейства, стоящий за всеми ними, пристально проследил, как его дочь кланялась мне будто царской особе. — Вам не больно?
— Нет, всё в порядке, спасибо. — Я поклонился в ответ, но как-то неловко, да ещё и капнув по́том между собой и Соней. Мальчик это заметил и хихикнул, от чего получил лёгкий подзатыльник от отца. До чего же они не похожи на родителей.
Оба взрослых были очень полными, прямо еле влезавшими в свои простые одежды, в то время как оба ребёнка выглядели как вешалки для вещей, ещё и оба высокие. Мальчишка почти одного роста со своей матерью, короткостриженой и очень кудрявой женщиной, постоянно озирающейся вокруг. Книгу она до сих пор сжимала в своих неказистых руках, используя палец как закладку.
Я отвернулся к стойкам. В пространство между мной и Светланой уже вклинились несколько человек. Мужчина в спортивной костюме, держащий огромную походную сумку за спиной, и два молодых парня. Они матерились тихо, но всё равно слышно, и аж уши в трубочку сворачивались от их наглости. Я увидел, как Сергей Витальевич погрозил мне пальцем, уже пройдя контроль на посадку. Мои дрожащие руки сжимали билет, я поспешил, уже понимая, что собираю негативные реакции от окружающих, задерживая изрядно накопившуюся и растолстевшую очередь.
Знал, что сидеть буду рядом со Светланой, устроившейся у окна, и ещё больше обрадовался, когда Сергея определили вообще на другой ряд. По итогу у меня будет достаточно места и времени, чтобы попытаться проспать большую часть долгого полёта. Я помог Сергею Витальевичу, запыхавшемуся донельзя, закинуть вещи на полки и сел на своё место. Сейчас ощутил, как от Светланы приятно пахло. Вкусные духи, я невольно потянулся носом к их источнику, резко оторвавшись, когда девушка достала телефон и попыталась сделать селфи со всеми нами, уже разошедшимся по своим местам, но севшим ровно в ряд, чтобы попасть идеально в кадр. Я успел наполовину отвернуться, прежде чем послышался щелчок в телефоне. Заметил, как вышел смазанным, будто случайный дефект на старых глянцевых фото.
Рядом кряхтел Сергей Витальевич, всё никак не попадавший ремнём безопасности в механизм. Я уже потянулся помочь, как руководитель сам справился и словил мой взгляд. А вот Светлана попросила помочь с ремнём, и я случайно коснулся её предплечья, вставив замок. Она улыбнулась и уставилась в окно, где туман практически скрыл здание аэропорта. Странно, что полёт всё-таки состоится, хотя всё-таки я боялся, лишь бы не перенесли. Хорошо, что Сергей Витальевич взял билеты не на сам день конференции, а раньше, и даже при переносе рейса мы бы всё равно попали на международную встречу. Если конечно перенос не был бы существенным.
Я гонял эти мысли в голове и не заметил, как большинство уже разбрелись по рядам, стюардессы сновали туда-сюда, проверяя каждого пассажира. Сергей отклонился назад, показывая специально, что ремнём он и правда пристегнул своё тощее тело, за что стюардесса вслух его поблагодарила. Начался инструктаж, изредка перебивающийся младенческим плачем откуда-то из хвоста самолёта, уставший женский голос постоянно шикал на этот плач. Но ситуация, очевидно, не менялась. Сзади громкий кашель заставил вздрогнуть. Я схватился за подлокотники обеими руками, зацепился взглядом за макушку сидящего впереди человека. Лысая плешь, вертящаяся из стороны в сторону. Она поблёскивала в свете ламп салона. Инструктаж закончился, самолёт двинулся. Я соединил колени и стиснул зубы. Чёрт, как же я боялся полёта, хоть и жаждал как ничто иное.
— Всё в порядке, — Светлана заметила моё волнение и достала из сумочки бумажный пакет. Меня и правда затошнило, но больше от вида самого пакета, чем от головокружения при движущемся крылатом транспорте.
— Нет, спасибо. Просто волнуюсь немного.
— Тогда держи конфетку, чтоб уши не заложило. — Светлана протянула маленький мятный леденец, я взял его и тут же закинул в рот, чуть не забыв снять фантик.
Холодящий вкус на языке помог немного отвлечься, но я думал, что буквально эякулирую, когда самолёт набрал скорость и оторвался от земли. Пришлось зажмурить глаза, всем телом ощущая каждый наклон и подъём в воздухе, будто сам находился снаружи и летел рядом, повторяя движения как дразнящийся мим.