Собственный храп заставил открыть глаза. Я потянулся, ощутив укол под правой лопаткой. Не стоит так резко поступать со своим немолодым телом. Какой-то в последнее время совсем расхлябанный стал. Отец бы спуску не дал, ремнём бы не наказал, но без совета не оставил. Волевой он был, трудяга, а я кроме рыбалки и не умею больше ничего. Но в ней я лучший, на всю деревню лучший, и каждый это знает. И даже если некоторые считают, что всё дело в удочке, это ничего для не меняет. Не станет же тот мальчишка после моей смерти лучшим рыбаком? Ну, точнее, может, и станет, но далеко не сразу. Пусть учится обращаться с удочкой. Отец его тоже не лентяй, того гляди и даст пару хороших уроков. Молодцы они вообще, оба. Хорошие люди.
За окном смеркалось. Я вновь умылся в бадье, словно опять приветствую этот день. Уже не такая жара стоит вокруг, и я вдохнул полной грудью. Голоса почти стихли, у кого-то на всю деревню играл один в посёлке телевизор. Там поют, кричат, смеются, а потом смеются те, кто всё это смотрят. Я собрал рыболовные принадлежности и почти на цыпочках отправился к своему тайному месту. В животе приятное ощущение от того, что меня никто никогда не видит, но при этом все знают, что я всегда рядом. Никому не мешаю, ни с кем не говорю почти, идеальный сосед. Порой рыбой делюсь, её я не только ловить умею, но и готовлю просто прекрасно. От матери рецепт получил в наследство.
Я почти залпом преодолел небольшой участок леса и снова оказался у озера. Немного беспокойное к ночи, оно колыхалось на слабом ветру и шелестело кроткими волнами. Я, будто боясь потревожить воду в её сне, почти задержав дыхание, разложился и водрузил удочку на те же веточки, что и утром. Поплавок мерно покачивался, отлично видимый сейчас, когда солнце пряталось в стороне, а луна ещё не взошла. Маленький маячок, указатель. Я ждал, когда тот подаст сигнал, и ожидание не затянулось. Рыбалка шла ещё лучше, чем вчера. Утром я, наверное, чем-то обидел озеро, и оно давало об этом знать. Сейчас же старая дружба снова возымела силу, и уже через каких-то полчаса, не более, я почти наполнил садок, трепыхающийся от набитой в нём рыбы.
Пришёл и кот.
Сел на прежнее место. Глаза его блестели, как два огонёчка в темноте. Похожий на привидение, ей богу. Следующую рыбу, какую ни поймаю, отдам коту. Для него это будто работа — ждать, пока более способное существо достанет пропитание для обоих. Додумался же прийти сюда, подгадал время, или и правда был рядом, только совсем незаметный для моего чуткого взора. Рыбка попалась небольшая, но для кота сойдёт. Он дотерпел, пока сниму с крючка улов и кину ему. Тот же прежний ритуал — потрогать лапкой, понюхать, а потом только надкусить. Доверяет, вроде. Хороший кот. Главное, чтоб не наглел, и я сам постараюсь спуску ему не давать. Пусть хоть каждый день приходит, но меру свою знает.
Ночь вступила в полную свою силу. Фонарика у меня нет и не было. Я наугад, с уже собранными вещами, двинулся к дому. Переливающаяся спина кота с белой полоской на боку мелькнула рядом и пропала. Интересно, куда он уходит? Или всё время ждёт, пока я появлюсь опять, чтоб снова полакомиться моим уловом? Не видел его раньше, хотя он уже взрослый на вид, точно не котёнок. Сбежал от кого-то? Не может же быть, что он самостоятельно вырос в лесу. Собака бы ещё справилась, но не кот. Не для них подобная жизнь. Хотя, я не сужу. У каждого из нас своя роль, и на сегодня я свою отыграл сполна.
Деревня засыпала, сегодня раньше меня. Обычно это я опережаю её, а тут вышло, что в гонке пришёл вторым. И телевизора не слышно, ни песен, ни криков. Вообще голоса растворились. Стрёкот насекомых был самым громким звуком, и под его аккорды я добрался до тропки. Снова снял обувь и прошёлся босиком по песчаной дорожке, когда та началась под ногами. Песок щекотался между моих пальцев, совсем тихонько скрипел, всё-таки принимая каждый шаг. Я улыбался, как дурачок, не заметив, что уже стою на своём пороге. Знаю, каково это. Знали и мои родители, но каждый по отдельности. Просто всего одна точка, минутка, лишь мгновение, и вот приходит осознание — именно так и пройдёт жизнь. Немного одиноко, да. Но разве это трудно? Я никогда не жаловался и не стану, ведь давно принял факт, что буду один всегда. Это осознанное решение, правда. Просто порой задумываюсь, полностью ли оно принадлежит мне? Иногда кажется, что так вышло не по моей воле. Заранее кто-то написал и заверил, а я просто принял. Опять же — не жалуюсь, просто вот так вышло, что дома никто не ждёт. Там темно становится без меня, холодно, и лишь теплом моего тела согревается изба.