— Да ни за что, — отвечаю я.
— Слава богу, — говорит он. Он на десять лет старше меня и к этому моменту уже зеленый. — Я точно не завидую парням, которые работают с шестидесятыми.
— Правда? — спрашиваю я. — Ты никогда не хотел отправиться дальше в прошлое? Увидеть по-настоящему крутые штуки?
— Немного любопытствовал, когда только начинал, — говорит он. — Но Ближнее Прошлое гораздо лучше. Поверь мне.
Я смотрю на него. — Не верю.
— Тогда и не верь. — Вик допивает последний глоток. — Но это не я подавал две заявки на перевод за пять лет.
Я вздыхаю. — Да, ну. Меня все равно снова отвергли.
— Может, потому что ты там, где и должен быть.
Обычно я бы поднял его на смех за такую банальщину, но я просто снова вздыхаю и отпускаю. Теперь я могу думать только о следующих двадцати пяти годах. Прыгать по одному и тому же скучному десятилетию снова и снова до самой пенсии, в то время как разведчики из Будущего забираются в космические корабли или надевают реактивные ранцы, а технари из Дальнего Прошлого посещают ключевые исторические моменты или гуляют по невероятным городам на пике их славы, прежде чем те обратились в прах.
Нам с Виком для наших поездок даже не нужен костюм соответствующей эпохи. Мы просто носим ту же одежду, что у нас уже есть.
— Ну, какие планы после этого? — наконец спрашиваю я. — Длинные выходные, в настоящем .
В нашем настоящем, то есть — в августе 2040-го.
— О, знаешь. — Вик пожимает плечами. — Просто маленький побочный заказчик по дороге домой. Факультативная фармацевтика, туда-сюда. Таблетки от аллергии со вкусом сахарной ваты. Практически сами себя продадут.
Я качаю головой, не веря. — Вечная гонка. Это же просто светильник, Вик. И наушники, и футболки с влагоотводом. Неужели ты не предпочел бы провести время с Саймоном?
Вик улыбается. Встает, тянется за пальто.
— Иди домой, пацан, — говорит он и хлопает меня по плечу. — Увидимся на следующей неделе.
Вик мне нравится, но, честно говоря, я его не совсем понимаю. Может, возможность отпрыгнуть достаточно далеко, чтобы увидеть динозавров, или достаточно вперед, чтобы ступить на другую планету, стоила бы всех ссор с Саймоном из-за его убийственного графика. Но возвращаться снова и снова всего на год? Или на пять? Что в этом такого примечательного?
Я говорю об этом Майе на следующий вечер за ужином, уже в настоящем — не все, конечно, благодаря NDA Oracle — но о том, что Вик все еще слишком много работает, несмотря на то, что это делает с его браком.
Майя хмурится. — Как ты думаешь, он...
Опал сосредоточенно накладывает пюре на ложку, но Майя заканчивает вопрос бровями, на всякий случай.
— Нет, — говорю я. — У меня такого чувства нет. Он любит Саймона. Всегда любил.
За столом Опал кашляет, и я смотрю на нее.
— Опять, малыш? — спрашиваю я. — Ты же только две недели назад переболела.
— Знаю, — вздыхает Майя. — Начало школы. Все эти дети, общие краски, книжки и перекусы — настоящий рассадник заразы.
Я прикрываю нижнюю часть лица рукой. — В следующий раз обязательно прикрой рот. Так делают большие детки. Договорились?
— Договорились, — говорит Опал. — Можно десерт?
— Сначала доешь пюре, — говорит Майя, затем снова поворачивается ко мне, пока Опал повинуется. — Ну, если Вик хочет наладить отношения с Саймоном, то почему бы просто не сократить рабочие часы, как Саймон умоляет его сделать уже несколько лет?
— Я спрашивал его об этом в Нью-Йорке.
— Что он сказал?
Я пожимаю плечами, в недоумении. — Он просто вздохнул и сказал: «Время — это не то, что теряют, а то, что создают».
Майя фыркает. — «Время — это то, что создают»? Он что, предсказатель в печенье?
За столом Опал кашляет во второй раз, и я снова смотрю на нее.
Она виновато ухмыляется и прикрывает рот. Я подмигиваю.
В Транспорте прибытия идут по расписанию, но у техников задержка с отправкой представителей по заказу «Всемирной паутины» в начало девяностых, так что на вылет небольшая очередь. Мы с Виком стоим за двумя женщинами, направляющимися в 1967-й, и ведем светскую беседу о погоде. В ожидании мы наблюдаем, как возвращаются двое мужчин в форме времен Второй мировой, один прихрамывает, но улыбается, а затем еще двое — похоже, со времен американского фронтира, покрытые пылью и с ковбойскими шляпами в руках. С другой стороны коридора из своего конца тоже появляются разведчики из Будущего, одни — в почти узнаваемой моде, другие — в скафандрах, химзащите и темном отражающем материале, похожем на жидкий металл.