Дело выгорело именно так, как я и хотел. Через двадцать минут по трассе мимо меня, укрывшегося в кустах, пролетели две патрульные машины, а вот спустя час на дороге появился черный «крайслер» моего врага. Я подгадал место не случайно, здесь были очень крутые повороты и дорога так разбита, что я надеялся на свои расчеты неспроста. Фонари «стопов» загорелись внезапно, тут же послышался свист от скольжения шин, и машина в красивом заносе пошла боком. Когда колеса уперлись в обочину, произошло опрокидывание. Дальше было дело за мной. Бегом, аж подпрыгивая, я сблизился с уже остановившейся в кустах машиной и пригляделся. Он, вон как ворочается, жить-то хочется. Подойдя, я спокойно стал обливать машину из канистры бензином. Попадал через разбитые стекла и в салон. Госдеповец меня уже увидел, да и запах почувствовал. Начав что-то кричать, вызвал у меня лишь смех.
– А ты думал, я тебя не достану? – спросил я в ответ.
– Тебе все равно не жить, ублюдок! В следующий раз тебе снесут твою башку, вряд ли прирастет!
– Может быть, – пожал я плечами, – вот только ты этого уже не увидишь! – отойдя чуть от машины, я чиркнул спичкой и, аккуратно подпалив тряпку, заранее смоченную бензином, швырнул ее в машину. Грохнуло прилично. Чего-то я бензина много налил. Вспышка и гулкий удар от внезапного воспламенения были сильными. Меня аж обдало волной тепла.
Дождь еще шел, но это не мешало гореть бензину. А спустя несколько минут, когда я уже успел удалиться метров на сто, грохнул бензобак. Машину здорово подкинуло, а огонь выплеснулся в стороны. Один из самых опасных моих врагов горел заживо, и почему-то у меня это не вызывало никаких эмоций. Да я еще на войне перегорел к этому. Глядя, как госдеповец орет, объятый пламенем, я испытал лишь удовлетворение от проделанной работы. А есть еще порох, давно уж сам ничего не делал такого. Ладно, слышу сирену, нужно валить. Тут лесов нет, поле и кусты, поэтому надо торопиться, машина-то у меня далеко отсюда.
Ушел я спокойно. Уйдя за кусты, что росли вдоль всего шоссе, я так и шел до ближайшего поселка, где оставил машину. Там, усевшись за руль и сняв наконец надоевшую маску, я выдохнул:
– Один есть, начало положено!
Затем наступила очередь действующего президента США. К этому подобраться было очень сложно, тем более я также не хотел в него стрелять. Для него был приготовлен яд, ребята Судоплатова привезли, хрен обнаружишь, распад полный уже через час.
Белый дом – это не тот обычный дом, в котором жил госдеповец. Сюда попасть было проблематично. Пришлось прибегнуть к гриму и актерскому таланту, что явно у меня был, но спал до времени. Практика привлечения и натаскивания будущих ястребов-чиновников правительства сыграла мне на руку. Двое суток наблюдений – и вуаля!
Ранним утром к проходной возле ограды Белого дома направлялся человек. Мужчина, а это был именно мужчина, на женщину я никак не похож, был неприметно, но казенно одет и выглядел на все сто. Раз уж проговорился, то да, скажу, это был я. Ребятки Судоплатова, что помогали мне, выкрали ночью одного из стажеров. Хорошенько тряхнув его, мы многое узнали. Пока тот был жив и здоров, меня, усадив рядом, отлично загримировали. Специально подбирали такой типаж, чтобы получилось реально. Вышло на загляденье.
Спокойно предъявив на КПП пропуск, я прошел внутрь периметра. Отлично, сейчас нужно дойти до моего офиса, точнее того, где стажировался подопытный, и пить кофе, аж целый час. Дальше разнарядка и работа с сенатором, к которому приставлен. Конечно, времени на подготовку почти не было, и без своих «бонусов» я вообще вряд ли бы сунулся туда, но «бонусы»-то есть! Память была, как у компьютера. То есть я прекрасно и буквально дословно помню все, о чем поведал «язык».
В офисе, возле кофейного столика было немноголюдно. Здесь вообще не принято собираться большими толпами, внутренняя безопасность, так сказать. Когда допивал всего лишь первую чашку, – отличный у них тут сервиз, явно старинный китайский, натырили по всему свету, а то ли еще будет, – меня вызвал «мой» сенатор.
– Билли, ты что-то сегодня хмур?
Вот это волчара! Ведь он почти не взглянул на меня, но как-то срисовал мою мимику. Конечно, он давно работает с этим говнюком, под личиной которого я нахожусь, вот и распознал как-то неладное.
– Всю ночь не спал, мистер Эндрюс, – сипящим голосом ответил я. Да, это было слабое место в моей авантюре. Говорю-то я чисто, хрен подкопаешься, американец в пятом поколении говорит хуже, шучу, просто голос-то другой.