Судья сказал:
– Властью, данной мне правительством округа Кук, объявляю Томаса Джеймса Каллахана и Анну Линн Эмерсон мужем и женой. Мои поздравления!
– Можно поцеловать невесту? – спросил Ти-Джей.
– Вперед, – отозвался судья, подписывая свидетельство о браке.
Ти-Джей наклонился ко мне и крепко поцеловал.
– Я люблю тебя, миссис Каллахан.
– Я тоже тебя люблю.
Мы вышли из здания суда, держась за руки. С неба падали крупные снежинки. Вчетвером сели в такси и поехали на праздничный обед в ресторан, где работал Дин Льюис. Десять минут спустя я попросила таксиста притормозить.
– Всего на минутку, сможете подождать? – Водитель согласился и остановился напротив маникюрного салона. – Мы сейчас вернемся, – пообещала я Бену и Саре.
– Хочешь сделать маникюр? – поинтересовался Ти-Джей, вылезая следом за мной из машины.
– Нет, – ответила я, распахивая дверь. – Но здесь работает один человек, с которым я хочу тебя познакомить.
Увидев нас, Люси подбежала к двери и обняла меня.
– Как дела, милая?
– Отлично, Люси, а у тебя?
– О, чудесно, чудесно.
Я положила руку на локоть Ти-Джея и сказала:
– Люси, а это мой муж.
– Он Джон? – спросила она.
– Нет, я не вышла замуж за Джона. Я вышла за Ти-Джея.
– Анна замужем? – На мгновение Люси растерялась, но затем расплылась в широкой улыбке, кинулась к Ти-Джею и обняла его. – Анна замужем!
– Ага, – кивнула я. – Анна замужем.
Теплым июньским днем через три месяца после свадьбы мы с Анной забрались в мой «тахо». На Анне были солнцезащитные очки и моя футболка с логотипом «Чикаго Кьюбс». Бо устроился на заднем сидении, высунув голову в открытое окно. По радио звучала песня «Иглз» «Расслабься», и Анна сбросила туфли, сделала музыку погромче и принялась подпевать.
Недавно залили фундамент нашего нового дома. Мы с Анной оставили отпечатки ладоней на влажном бетоне, а потом Анна вывела там пальцем наши имена и дату. Я нанял бригаду строителей, и мы начали возводить каркас. Строение уже приобрело форму. Если все пойдет по плану, мы заселимся ко Дню всех святых.
Приехав на место, я припарковался и достал из багажника пневматический молоток. Анна засмеялась и надвинула широкополую ковбойскую шляпу мне на глаза. Вместо защитных сварочных очков я надел «авиаторы». Мы прошли к груде распиленных досок, и я взял парочку.
– Да у тебя тут модерновые инструменты, – поддразнила меня Анна. – Я-то думала, ты захочешь по старинке, молотком.
– Ну уж нет, к черту ту раритетную железяку, – засмеялся я, поднимая пневматический забивальник. – Эта штуковина мне нравится намного больше.
То, что мы собирались сделать, было задумкой Анны. Она хотела подержать для меня несколько досок, совсем как тогда, на острове.
– Побалуй меня, – жалобно попросила она, озвучив свою идею. – Позволь вспомнить прошлое.
Как будто я смог бы ей отказать.
– Готова? – спросил я, прилаживая доску на нужное место.
Анна ухватилась за нее.
– Давай, Ти-Джей.
Я прицелился и нажал на кнопку.
Бам!
Четыре года спустя
Наш дом представляет собой длинное болотно-зеленое одноэтажное здание с кремовой отделкой, окруженное деревьями. В гараже на три машины стоят «тахо» Ти-Джея, его рабочий пикап и мой белый «ниссан патфайндер», который сложно содержать в чистоте, постоянно колеся по проселочным дорогам.
Рядом с кухней расположена гостиная с французскими окнами, одна стена которой от пола до потолка заставлена книжными полками. Я часто сижу там, свернувшись в мягком кресле и положив ноги на оттоманку.
К дому пристроены две веранды, одна спереди, другая сзади. Та, что выходит на задний двор, крытая, и мы с Ти-Джеем много времени проводим там, не опасаясь насекомых, в особенности комаров. Бо прижился во дворе и, когда не гоняется за кроликами, довольно дремлет у наших ног.
В доме четыре спальни и все современные удобства. Хотя мы пока не обзавелись каминами и грилем.
Сегодня у нас вечеринка. Отпраздновать мой тридцать восьмой день рождения собрались все родственники и ближайшие друзья. Мы всегда рады гостям.
На кухне расположились мои свекровь и сестра, обмениваются рецептами и попивают вино. Мне не позволили готовить в свой день рождения, поэтому Том везет угощенье из города. Он уже скоро приедет, а пока особо делать нечего, кроме как расслабляться.
Сестры Ти-Джея, семнадцатилетняя Алексис и девятнадцатилетняя Грейс, сидят на передней веранде с Джо и Хлоей. Тринадцатилетнему Джо досадно быть единственным мальчиком в компании, но он сходит с ума по Алексис и совсем не против малость пообщаться с девчонками.