Глава 53. АННА
Мы с Ти Джеем поднимались на лифте на двенадцатый этаж, где находилась квартира его родителей.
— Только не вздумай ко мне прикасаться. И не смей бросать на меня непристойные взгляды, — предупредила я его.
— Но хотя бы грязные мысли можно оставить при себе?
— Это только все испортит. Ох, мне что-то нехорошо.
— У меня классная мама. Я ведь тебе уже говорил, что она сказала насчет нас. Расслабься.
В Новый год Том Каллахан позвонил Саре на ее сотовый. На дисплее высветилось его имя, и я решила, что это Ти Джей, но, поздоровавшись, услышала голос Тома, который хотел пригласить меня на обед.
— Нам с Джейн надо кое-что с вами обсудить.
«Только, ради бога, не мои интимные отношения с вашим сыном!»
— Конечно, Том. В какое время?
— Ти Джей сказал, что заедет за вами в шесть.
После звонка Тома меня весь день мутило от волнения. Я не знала, что лучше принести Джейн: свечу или цветы, а потому купила и то и другое. И вот сейчас, в лифте, мне казалось, что еще немного — и я сорвусь. Вручив Ти Джею подарочный пакет и цветы, я вытерла о юбку вспотевшие ладони.
Двери лифта открылись. Ти Джей поцеловал меня и сказал:
— Все будет хорошо.
Я глубоко вздохнула и пошла за ним.
Квартира Каллаханов на Лейк-Шор-драйв была со вкусом отделана в бежевых и кремовых тонах. В углу просторной гостиной стоял кабинетный рояль, на стенах висели картины импрессионистов. Перед роскошным угловым диваном расположился богато украшенный кофейный столик, вокруг него — элегантные кресла со множеством подушек с кистями.
Том предложил нам аперитив в библиотеке. Я сидела в кожаном кресле с бокалом красного вина. Ти Джей устроился рядом. Том с Джейн заняли двухместный диванчик напротив. Джейн потягивала белое вино, Том пил что-то похожее на скотч.
— Спасибо за приглашение, — сказала я. — У вас очень красивый дом.
— Спасибо, что пришли, Анна, — улыбнулась Джейн.
Все сосредоточились на своих напитках. Повисла неловкая пауза.
Ти Джей — единственный в нашей компании, кто чувствовал себя абсолютно раскованно, — сделал приличный глоток пива и небрежно положил руку на спинку моего кресла.
— Представители средств массовой информации интересуются, не согласитесь ли вы с Ти Джеем дать пресс-конференцию, — произнес Том. — В ответ они обещают оставить вас в покое.
— Анна, а ты как думаешь? — спросил Ти Джей.
Подобная перспектива приводила меня в ужас, но я устала протискиваться сквозь толпу репортеров. Может, если мы ответим на их вопросы, они наконец отвяжутся.
— Нас будут показывать по телевизору? — поинтересовалась я.
— Нет. Я уже сказал им, что мы согласны только на закрытую пресс-конференцию, — ответил Том. — Будут все новостные станции, но без прямой трансляции.
— Если репортеры согласны пойти на попятную, то я не против.
— Я тоже, — заявил Ти Джей.
— Тогда беру все на себя, — заявил Том. — Анна, и еще одно. Ти Джей уже в курсе, что я связался по телефону с адвокатом компании, предоставляющей гидросамолеты. Конечно, крушение самолета произошло из-за смерти пилота, но, поскольку спасательный плот не был укомплектован в соответствии с требованиями береговой охраны радиомаяком, часть вины лежит и на компании. Обе стороны проявили преступную небрежность. В том, что касается авиации, судопроизводство чрезвычайно сложное, и суду придется устанавливать процент ответственности каждой из сторон. Такие процессы тянутся годами. Однако представитель авиакомпании изъявил желание уладить с вами данный вопрос, чтобы передать страховщику право требовать возмещение за причиненный ущерб. Взамен вы должны отказаться от предъявления иска.
У меня схватило голову. Я и не думала обвинять кого бы то ни было в преступной небрежности или предъявлять иски.
— Даже и не знаю, что сказать. В любом случае я не собиралась ни с кем судиться.
— Тогда, думаю, мы договорились. Никакого суда не будет. Вам, вероятно, придется дать показания, но это можно будет сделать здесь, в Чикаго. Поскольку на момент катастрофы вы работали на меня, мой адвокат возьмет на себя все переговоры.
— Да. Это было бы замечательно.
— Дело может занять несколько месяцев и даже больше.
— Хорошо, Том.
За обедом к нам присоединились Алексис и Грейс. Когда мы садились за стол, все уже чувствовали себе более-менее раскованно, во многом благодаря тому, что успели пропустить по второму стаканчику, от которого дружно отказывались, но тем не менее выпили.