В общем-то, особо долго повествовать об этом государстве и его правителях я не стану, в этом нет необходимости. А вот о принцессе Бранде могу сказать, но тоже немного, ибо Ее Высочество в мою бытность при дворе интереса для Камерата не представляла. Когда я исчезла, ей едва исполнилось семнадцать. Помнится, посол Атавера как-то отзывался о принцессе, как о милой и скромной девушке, воспитанной в лучших традициях. Он намекал на возможность союза, однако тогда это было не ко времени. А после моего исчезновения, выходит, время пришло.
Я спрашивала Элиен, нет ли у нее портрета юной королевы, из любопытства. Однако портрета в обители не имелось, возможно, по причине той самой ревности. Впрочем, она уверяла, что после приступа сего недоброго чувства молилась Матушке и снискала благодать. Но на появление портрета Ее Величества это никак не сказалось. Он попросту был не нужен дочерям Богини. Оставалось довериться послу. В любом случае, я желала супруге Ива Камератского терпения, сил и душевного покоя. Во мне не ревности, ни соперничества, ни даже сожалений не было.
Главную свою задачу королева выполнила — понесла. И если вспомнить, сколько детей желал король, то ходить ей в тягости еще несколько последующих лет. Оставалось надеяться на ее отменное здоровье, и что Ив не поступит с ней так, как желал поступить со мной, чтобы устранить от всякой деятельности. В конце концов, Бранда угрозы для его единоличной славы и величия не представляла. Возможно, у нее будет больше свободы. Правда, и разочарований немало, зная привычки нашего государя.
— Пусть Богиня не оставит нашу королеву, — от чистого сердца пожелала я тогда.
Ну и более сказать мне нечего. Разве что, по рассказам Элиен, свадьба отмечалась шумно и щедро на протяжении нескольких дней. Отзвуки празднеств докатились и до Ленсти. В городе по этому поводу было гуляние с бесплатной выпивкой, угощением и танцами.
— Сестра Элиен, — одна из дочерей, сегодня дежурившая у ворот, вошла в трапезную. Все взгляды устремились на нее, но уже через мгновение все, кроме меня, потеряли интерес и вернулись к прерванной трапезе и негромкой беседе. Я же продолжала слушать то, о чем говорила привратница: — Прибыл посыльный от вашего кузена.
— Благодарю, — ответила старшая дочь и, бросив на меня взгляд, улыбнулась.
И я ощутила удовлетворение — принесли мои новые документы. Элиен кивнула сестрам и вышла из трапезной. Я спешно закончила завтрак, поблагодарила сестер за приятную компанию и последовала за главой общины. Нет, я не намеревалась врываться в ее кабинет, даже на глаза посыльному попадаться не собиралась, но решила дождаться, когда моя покровительница освободиться. Потому остановилась у окна, выходившего во двор обители, где всё еще ожидал позволения подняться наверх мужчина средних лет.
Его путь мимо меня не пролегал, и для визитера я оставалась неприметна, зато я хорошо слышала его шаги, когда он поднимался по лестнице и шел до кабинета старшей дочери Левит. Вскоре он ушел, и я, дождавшись, когда незнакомец выйдет за ворота, наконец, устремилась к Элиен.
— Ну, вот вы и Дайни Таньер не только на словах, — улыбнулась женщина. — Его милость исполнил мою просьбу даже быстрей, чем я ожидала. Уже сегодня вы можете выехать в столицу, если пожелаете. Признаюсь, мне было бы жаль расстаться с моим кумиром так скоро. И если вы посчитаете, что можете позволить себе еще пару дней провести под нашей гостеприимной крышей, то я буду искренне рада. Однако понимаю, что вам хотелось бы поскорей завершить свои дела, а потому не смею задерживать. К поездке всё готово.
— Вы невероятны, Элиен, — со всей искренностью ответила я. — Вы — дар моего Покровителя. Хэлл знал, куда направить меня. — И я невольно усмехнулась: — Удивительно, как Боги щедры ко мне. На своем пути я встречала немало достойных и благородных людей, знакомство с которыми почитаю за честь. Теперь среди них есть и вы, сестра.
— Полноте, ваше сиятельство, — отмахнулась старшая дочь, но я видела, что ей приятно. — Я всего лишь воздаю должное женщине, которой неизменно восхищалась за ее смелость и ум.
— И тем не менее, — сказала я, но продолжать взаимные восхваления не стала. Мы и без того сказали друг другу то, что лежало на сердце. — Стало быть, я могу отбыть уже сегодня?
— Да, — кивнула Элиен. — В пять вечера отправится экипаж до Свейсти, там вы заночуете, а утром сядете на экипаж до Эльде, откуда, как вы и желали, продолжите путь по реке. И пусть Матушка не оставит вас своей милость, как Великий Странник Хэлл и Белый Дух, о котором вы мне рассказывали. Вы — любимица Богов, Шанриз, — улыбнулась женщина. — И это неудивительно. У вас невероятная судьба, и я по-доброму вам завидую. Впрочем, вы ее заслужили. Надеюсь, что ваша звезда будет сиять так же ярко, как сияла нам.