— Ну, как ты? — тихо спросила я у Ольги, когда мы вместе подошли к шведскому столу. — Жива?
— Жива, но с трудом, — призналась она, глядя с отвращением на сыры и ветчины. — Ничего не хочу, только лечь бы где-нибудь в углу и лежать в тишине.
— Не выйдет, — я бросила мимолетный взгляд на Пат Лин, — Энерджайзер не даст.
— Вижу, — отозвалась Ольга. — Придется на презентации спать с открытыми глазами.
И не поверите — так она и поступила. Села позади меня, откинулась на спинку кресла и замерла. Я осторожно, чтобы никто не видел, пощелкала пальцами у ее уха, на что она прошептала:
— Я сплю-ю…
— Понятно, — ответила я.
— Ткни меня в бок, если вдруг что, — попросила Ольга. — Только тихонько, а то я заору.
— Будет сделано, — пообещала я, и презентация началась.
С программным обеспечением все обещало быть волшебно. Мы и оглянуться не успеем, уверял нас костлявый бодрячок лет сорока пяти, как вся наша маркетинговая жизнь переменится к лучшему, причем кардинально. Просто с ума сойти. Я слушала, восхищаясь энтузиазмом, который источал мужик на сцене, и качеством его английского — просто шекспировский слог, ей-богу! Однако ничегошеньки не понимала из того, что он говорил. Программное обеспечение всегда нужно щупать руками, а не вкушать в виде инструкций. А потом, у меня визуальное восприятие мира, никак не слуховое.
— Вопросы, — бодрячок лучезарно улыбнулся, — какие будут вопросы? — и обвел взглядом аудиторию.
Аудитория безмолвствовала. Все потупили глаза и зашуршали своими бумажками. О боже, сообразила я, они же, как и я, ни черта не поняли из сказанного. Лектор продолжал лучиться радостью и призывно улыбаться. Аудитория продолжала прятать глаза. Я повертела головой в поисках неутомимой Пат Лин. Неужели у нее нет вопросов? Такого просто не может быть. На поверку оказалось, что нет самой Пат Лин. Выскользнула незаметно, видимо по каким-то своим организационным делам. Пауза затягивалась. Мне стало смертельно жаль мужика, так старавшегося в течение последних двух часов. Нужно было что-то срочно делать.
— Э-э-э… — Я подняла руку.
— Да? — оживился бодрячок.
— Вы знаете… — начала я.
Лектор вежливо поклонился:
— Простите, но не могли бы вы представиться?
— Да, конечно. — Я встала. — Катерина Александрова, петербургский офис, Россия.
Лицо бодрячка выразило крайнюю степень восторга.
— Петербург! Это замечательно.
Аудитория поддержала его одобрительным гулом. Я почувствовала себя дебютанткой на конкурсе Евровидения и чуть было не принялась раскланиваться, но вовремя спохватилась.
— Спасибо, — скромно улыбнулась я.
— Итак, — лектор сложил руки в молитвенном жесте, — у вас есть какой-то вопрос.
— Да, — решительно сказала я.
Я собиралась сейчас сморозить глупость. И зарекомендовать себя полной идиоткой. Во имя поддержания деловой атмосферы в аудитории. Раз уж никто не был способен сказать ничего умного. Надеюсь, народ оценит мою жертву.
Я сделала глубокий вдох и выпалила:
— У меня есть некоторые сомнения насчет того, как будут учитываться в вашем программном обеспечении особенности каждой конкретной страны. В России, в частности, различные условия ведения бизнеса в больших городах и в провинции. — Подумала и добавила: — Вот, — и села.
Бодрячок широко развел руками и воскликнул:
— Прекрасный вопрос! — и, не поверите, захлопал в ладоши, кивками и улыбками приглашая присутствующих последовать его примеру.
Аудитория оживилась. «Действительно», «Я тоже об этом думал», «Не представляю себе, как они все это учтут», — слышалось то тут, то там. Брайан, сидевший в передних рядах, обернулся и одобрительно потряс головой.
— Что случилось? — зашевелилась за моей спиной Ольга.
— Не знаю, — честно призналась я. — Задала вопрос, совершенно дурацкий, а все так воодушевились, что даже странно.
— Иностранцы, — выдохнула Ольга, — что с них взять.
Вот уж и вправду — что с них взять. Однако обсуждение вопроса, рожденного мною спонтанно, затянулось надолго. По пути выяснилось столько всего интересного, что мою скуку как рукой сняло. Мы спорили, смеялись, чертили что-то на доске, лектор чертил, спорил и смеялся вместе с нами, и так бы продолжалось до бесконечности, если бы без четверти два в зал не влетела Пат Лин и не закричала: «Ленч, ленч! Все на ленч!»
— Много не ешьте, — предупредила она, когда все ввалились в ресторан и принялись разглядывать кушанья, расставленные на шведском столе.
— Почему это? — осведомилась дама из Германии.