— Тогда не смею мешать.
— Спасибочки, — пробормотала Дарья. — А кстати, возвращаясь к твоим заморочкам, дочь-то что сказала на все это? И сказала ли вообще что-то?
Не в бровь, а в глаз. Дочь промолчала. Вернее, издала пару-тройку звуков и вздохов типа «Ух ты!» и «Ничего себе!» и на этом все. У нее, правда, очередной разлад в отношениях с очередным мальчиком. Наверное, поэтому ей все остальные проблемы до лампочки. Что я Дарье и поведала.
— Может быть, — согласилась она. — Ну ладно, пока.
— Пока.
Я посидела немного с безмолвной телефонной трубкой в руках, потом положила ее на стол. Нет, надо все-таки поговорить с Иринкой. Павел может как угодно реагировать на новости, да и я могу что угодно думать о моей способности двигаться с насиженного места или не двигаться, но мнение самого близкого мне человека по этому поводу надо бы узнать. На всякий случай. Хотя бы для того, чтобы представлять себе, что там у этого человека в голове. С каждым новым днем это становится все проблематичнее.
Я встала и пошла в комнату дочери. Постучала. Мы всегда блюдем границы.
— Да, — откликнулась Иринка.
— Можно? — Я приотворила дверь и заглянула в комнату.
Бренда, лежавшая на диване, подняла голову и с любопытством посмотрела на меня: мол, зачем явилась?
— Ммм… — промычала Иринка, всматриваясь в картинки на экране компьютера.
— Что делаешь? — спросила я.
— Да так, всякую чепуху смотрю.
— Порнушку? — усмехнулась я.
— Му-усик! — Иринка бросила через плечо взгляд «ну-ты-и-сморозила».
— Простите, простите.
Я села на диван и погладила Бреду по шелковистой спине. Она от удовольствия закатила глаза и вытянулась во всю длину.
— Лошадь стала, да? — Иринка мельком взглянула на нас и опять уткнулась в компьютер.
— Лошадь, — согласилась я, пошлепав Бренду по заду. — Причем откормленная. Надо бы ее погонять.
— Надо бы, — кивнула Иринка. — Я уже думала об этом. Буду гонять ее за великом, когда дедушка мне его починит.
— Хорошее дело, — одобрила я.
Мы помолчали.
— Ты так просто? — вдруг спросила дочь. — Или чего хочешь?
— Хочу, — призналась я.
— Так говори, — велела она, развернувшись ко мне, — а то я тут надолго подвисла.
— Ты ничего не сказала насчет идеи с Москвой, — напомнила я.
— Не сказала. — Дочь пожала плечами.
— Тебе все равно?
— Нет, не все равно. Но ведь еще ничего точно не известно, так?
— Не известно, — кивнула я.
— А что тогда говорить? — Ирина поерзала в кресле.
— Ну… — растерялась я.
Надо же, какой практичный у меня вырос ребенок. Не желает попусту сотрясать воздух. Не пойму только, хорошо это или плохо?
— В смысле, — Иринка сморщила нос, — надо же сначала услышать, что предложат, да? А то вдруг, кроме как подметать, ничего тебе и не светит.
— Подметать? — Я невольно улыбнулась. — Подметать точно не предложат. Я же все-таки маркетолог. И вакансия у них в маркетинговой службе.
— Да, мусик, — замахала руками Иринка, — подметать — это образно выражаясь. В любой же работе, наверное, есть когда полный кайф, а когда просто подметальщик. — И она вопросительно уставилась на меня.
— Э-э-э… — задумалась я. — Наверное… — И почесала затылок.
Нестандартно мыслит ребенок. Кто ее этому научил, интересно было бы знать. Хорошо, если я. То есть если я ее научила нестандартно мыслить, значит, я сама это умею делать. Хотя вокруг полно учителей, которые смело и, главное, успешно учат нас тому, за что сами ни разу не брались. Известно же, что уметь и учить — это две разные вещи. Но даже если я ее научила, а сама не умею, все равно здорово.
— Эй! — Иринка похлопала в ладоши. — Ты о чем это там задумалась? Я ляпнула что-то дурацкое?
— Совсем не дурацкое, — успокоила я ее. — Просто оригинальное.
— Ну, так что? — спросила дочь. — В смысле про подметальщиков.
— Да, конечно, есть и подметальщики, — задумчиво признала я. — Вроде я не в их числе.
— Это-то ясно, — перебила меня дочь. — Но ведь они могут тебя позвать подметальщиком?
— Могут. Это Москва. Выше уровень. Могут предложить должность «двенадцатое-колесо-в-телеге»…
— И что? — Иринка с любопытством смотрела на меня. — Будешь соглашаться?
— Да нет, наверное, — пробормотала я.
— И правильно!
Действительно. Я встала с дивана и направилась к двери… Как вдруг…
— Мусик, — позвала Иринка, — а почему ты работаешь маркетологом?
— Что? — Я повернулась и с удивлением взглянула на нее.
— Почему ты работаешь маркетологом? — повторила дочь.