— Доссставьте ректора и советника в лечшшшебное крыло немедленно. И отошлите вессстник во дворец досссзнавателям— продолжал он, передавая Даарда в руки ближайшего стражника.
Магистры и стражники быстро подхватили Итоя и Даарда, и унесли их в сторону лечебного крыла Академии. Дахор следил за тем, чтобы каждый шаг был выполнен без промедления, осознавая, что жизнь его друзей зависит от скорости и профессионализма оказаной помощи.
Когда раненых унесли, он повернулся к Аширо. Его взгляд был суровым и решительным.
— Ты, — начал он вымораживающим тоном, — ты останешшшься здесь под ссстражей до дальнейших рассспоряжений. Магистры, обеспечьте её бесссзопасность и изоляторуйте от всех.
Аширо понимала, что сопротивляться бессмысленно. Она была окружена магами и охраной, и любая попытка побега только ухудшила бы её положение. Она молча кивнула и позволила себя увести.
Дахор, удовлетворённый тем, что первые меры приняты, повернулся к собравшимся магистрам и студентам.
— Я понимаю, что сссобытия этой ночи вызвали много вопросов. Время для ответов придёт позжшшше. Сейчас же важнее всего — спасти жизнь тех, кто пострадал, и обеспечить бесссзопасность всех нас. Я прошу вас вернуться к своим обязанностям и дать магам и стражам выполнить сссвою работу.
Толпа начала расходиться, но вопросы и тревога всё ещё витали в воздухе. Иператор Ничейных Земель знал, что ему предстоит длинный и сложный день. Он направился к лечебному крылу, чтобы убедиться, что его друзья получают необходимую помощь.
Когда он вошёл в лечебное крыло, его встретил главный целитель Академии.
— Ваше Величество, — начал целитель, поклонившись, — ректор и советник саш Маарц находятся под нашим присмотром. Мы делаем всё возможное, чтобы спасти их.
— Хорошо, — ответил Дахор. — Я останусь здесь, чтобы следить за их состоянием. Если возникнут какие-либо осложнения, сообщите мне немедленно.
Целитель кивнул и ушёл, оставив сильнейшего из ныне живущих змайса в комнате ожидания. Император сел на скамью, его мысли метались между беспокойством о друзьях и необходимостью разобраться с предательством и угрозами, которые они только что пережили.
В голове у Дахора крутилось множество вопросов. Кто послал Аширо? Те же это лица, подстроившие диверсию четыре месяца назад или на арену вышли новые игроки?
Он в задумчивости перебирал в руках железный ободок и обдумывал план по обеспечению безопасности неудачливой воровки. Ведь она была единственной ниточкой, которая может привести к ответам на все его вопросы.
Ему до скрежета в зубах надоело возиться с мятежниками, которые каким-то образом узнали на чем держится вся его власть.
Нахождение решений этой затянувшейся проблемы жизненно необходимы для безопасности его империи. Но сейчас самое важное — дождаться, когда Итой и Даард придут в сознание и смогут дать хоть какие-то ответы.
Дахор чувствовал, что на его плечах лежит огромная ответственность. Он знал, что это только начало долгого пути к восстановлению порядка и правосудия в его землях.
А до тех пор, пока он не изловит всех, артефакт он будет держать при себе. Поймав подельника мятежников, больше нет необходимости рисковать. Тем более она женщина, а они более восприимчивы к боли, под пытками во всем признается.
Дахор устало оперся головой о стену позади, закрыл глаза, и одел кольцо на мизинец.
Как же он устал, его мысли кружились вокруг воспоминаний сегодняшнего для, когда Итой прислал ему вестника с просьбой прибыть в Академию Предтечи. А если брать в расчет последние события, он чувствовал, что что-то не так. Оставив своих друзей в руках целителей, он не мог избавиться от чувства беспокойства. Его мысли постоянно возвращались к моменту битвы между ним и Даардом, ее последствиям.
Его уверенность в верности друзей была непоколебимой, их связывало нечто большее чем просто дружба или отношения между императором и подданными. Сейчас он действительно чувствовал, что может остаться один. Непонятная магическая воронка и Даард который после ранения потерял сознание от боли. C учетом силы змайсов и прошлого советника, даже такое ранение не могло привести того в такое состояние.
Все это было слишком странно, а странности он не любил. Но сейчас его внимание привлекли целители, суетившиеся у палаты Итоя. Один из них, ха Кааиш, выполз из комнаты и поспешил к магистру, его лицо выражало беспокойство.