Но её внутренний протест не достиг зверя. Его взгляд, жадный и пронзительный, словно искал что— то глубже, как будто он видел её не как человека, а как… что— то гораздо большее. Даша почувствовала, как его огромное тело чуть сдвинулось, обхватывая её крепче, и ей стало трудно дышать, словно эти кольца сжимали её грудь с каждой секундой всё сильнее.
Она в страхе закрыла глаза, надеясь, что если она не будет видеть его, то, возможно, всё это исчезнет. Но вместо этого она почувствовала, как его горячее дыхание коснулось её шеи, и мурашки пробежали по её коже.
"Это конец?" — пронеслось у неё в голове, и слёзы наворачивались на глаза от безысходности. Но в этот момент она вдруг почувствовала, как зверь ослабил хватку. Казалось, что что— то внутри него остановило его, не давая причинить ей вред. В этом гигантском, устрашающем создании, которое могло бы разорвать её на части, было что— то… осторожное, почти нежное.
Даша приоткрыла глаза, стараясь не делать резких движений. Она встретилась с его взглядом и, к своему ужасу, увидела в его глазах нечто, напоминающее интерес… и привязанность? Она почувствовала, как её дыхание замирает, когда он снова слегка коснулся её своим языком, словно проверяя, действительно ли она реальна.
Она поняла, что должна что— то сказать, хоть как— то попытаться успокоить это существо, которое сейчас выглядело… обеспокоенным её страхом? Она едва верила, что думает об этом, но что— то подсказывало ей, что попытка наладить контакт — её единственный шанс.
— Пожалуйста… — еле слышно произнесла она, её голос дрожал от ужаса и отчаяния. — Пожалуйста, отпусти меня… я… я ничего тебе не сделаю.
Её слова прозвучали жалобно и беспомощно, и она надеялась, что он поймёт. Её сердце всё ещё билось, как бешеное, но что— то в его глазах, в его присутствии, подсказывало ей, что он не собирается причинять ей боль… по крайней мере, сейчас.
Змей не ответил, но его взгляд смягчился. Он склонил свою огромную голову ниже, так близко, что Даша могла разглядеть каждую деталь его чешуи, алые прожилки, словно пульсирующие огненные потоки. Он обернулся вокруг неё ещё теснее, но его движения были медленными, будто он боялся её напугать ещё больше.
Она не могла понять, что происходит, и всё внутри неё кричало от паники и замешательства. Но рядом с этим чувством был и едва заметный отблеск чего— то иного — странное ощущение тепла, которое пробивалось сквозь её страх, как некая невидимая связь. Она не знала, что это, и боялась узнать, но понимала, что перед ней существо, которое по какой— то причине видит в ней нечто большее, чем просто добычу.
Но она не знала, сколько ещё сможет это выдержать.
В этот момент внутри зверя Дахора началась борьба— противостояние между первобытным зверем и тем, кто знал свое место в этом мире как император. Человеческая сущность Дахора, которую он подавил на время превращения, начала пробиваться сквозь звериные инстинкты, возвращая частичный контроль над мыслями. Он осознал, что перед ним не хранимая, но загадочная искра, к которой его тянуло магией и необъяснимой силой.
— Ссстрашссно, — зверь пробормотал, явно испытывая нечто новое для себя. — Но... твой огонь...
Только благодаря этому мгновению осознания его зверь ослабил хватку, чуть ослабив давление колец, позволяя ей свободнее дышать, но он все равно остался рядом, словно прикован к ней.
Гордость или смирение: как далеко ты готова зайти ради выживания?"
В глазах Даарда Аширо лишь инструмент для достижения целей. Но возможно ли выжить, если больше нет права на личную свободу и каждое действие должно быть подчинено чужим интересам?
Глава 13 ОТЗВУК УТРАТЫ
Аширо напряглась, её голос задрожал в отчаянии:
— Пусти… пожалуйста… — её слова стали еле слышным шёпотом, полным невыносимой беспомощности, когда Даард плавно приспустил ткань её брюк, обнажая переднюю поверхность её бедра. Его движения были медленными, но в них сквозило что— то неумолимое и не поддающееся сопротивлению.
— Тшшш… Не двигайся, — прошипел он ей на ухо, кончиками когтей аккуратно касаясь обнажённой кожи, словно успокаивая её, но на деле сковывая. — Это не продлится долго. Потерпи…
Аширо забилась с новой силой, ощутив волны непонимания и страха, накатывающие с каждой секундой. Она понимала, что пощады не будет; он явно намерен довести начатое до конца, и её слабые попытки сопротивления не имели никакого значения. Но даже несмотря на то, что его действия не были явным посягательством, она начала ощущать странное тепло, которое заполняло её лоно. Это сбивало с толку, и, замерев на мгновение, она прислушалась к собственным ощущениям, которые, вопреки её разуму, были лишены боли.