— «Что от тебя требуется?» — он вскинул голову, и задумчиво похрустел шейными позвонками, словно обдумывая, сколько может ей открыть. — Тебе предстоит доказать свою полезность. Вернуться к сссвоим и держать при себе артефакт, когда рядом с тобой будут обсуждать занятные планы или факты. И… естественно отправить вестника, когда к вам решит наведаться Итой…
Спазм сдавил ее горло, когда она собиралась ответить, что кузен не желанный гость в рядах заговорщиков, поэтому пришлось закрыть рот.
Даард услышав хрип кивает, словно её реакция — ожидаемая досадная правда. Он конечно же мог просто отпустить ее восвояси, собрать отряд из стражников и наведаться в логово “преданных короне” вассалов, порадовать Дахора. Но ему до зуда под каждой чешуйкой хотелось поставить на место зарвавшегося “друга”, они с Дахором всегда были ближе. Поэтому если предать, его Даарда, для эльфеныша это детские игры, то увидеть презрение в глазах своего императора, должно быть болезненнее.
— Понимаю, печать дейссствует— произносит он холодно, не скрывая разочарования. — Но это не значит, что ты бесполезна. Ты ещё можешь вернуться к своим, внедриться обратно. Теперь ты моё оружие. Каждый шаг, который ты сделаешь, каждая деталь, которую узнаешь, — всё это будет служить моей цели. Отныне ты мой информатор.
Его голос становится мягче, но от этого не менее жёстким, он подчеркивает, что это — её единственный шанс на выживание, и что он легко избавится от неё, если она попытается нарушить его план.
— Ты недостаточно сильна, чтобы справиться со мной. Поэтому забудь свои уловки и манипуляции. Ты — всего лишь инструмент. Но если ты покажешь мне свою полезность, возможно, я предоставлю тебе свободу в будущем.
Аширо сжимает руки в кулаки, еле сдерживая слёзы унижения. Она понимает, что любой её протест бесполезен, и в то же время ненавидит себя за то, что подчиняется ему. Только единственный сейчас выход — это временно принять свою роль, выжить и продолжать искать способ освободиться.
— Одно последнее предупреждение, — добавил Даард, его голос сделался ниже и угрожающим. — Ты будешь под наблюдением, Аширо. Если я заподозрю, что ты играешь в свою игру, у тебя не останется шанса оправдаться.
— Да поняла я…поняла — едва заметных надрыв в ее голосе совпал с легким спазмом в его сердце, он был лишён сочувствия, но все же cтал понимать целесообразность действовать немного мягче.
Прошлый опыт общения с хранимой показал ему, что кто бы ни был у него в подчинении, в первую очередь он живое существо. А саш Маарц всегда делает выводы из своих ошибок. Сейчас перед ним раздражающе слабая самка, а слабым нужна сила.
— Ты слишком мягкая для этого мира, впрочем, как и все самки вашей расы — нарушил он тишину, его голос звучал резко и отстранённо. — Если хочешь выжить рядом с теми, кто сильнее тебя, тебе придётся стать жёстче. Твои уловки и манипуляции бесполезны перед теми, кто видит тебя насквозь.
Аширо напряглась, но старалась не показывать, насколько эти слова ранили её. Внутри закипел протест, но она подавила его, не давая себе права на слабость. Она давно знала, что с Даардом любые попытки оправдаться были тщетны.
— Даже сейчас, ты пытаешься держаться за свои уловки. — Даард склонился ближе к костру пытаясь отогреться в его тепле. — Ты привыкла прятаться за масками и контролировать других, но именно это делает тебя уязвимой.
Аширо взглянула в его желтые глаза, пытаясь найти в себе силу для ответа, но слова застряли у неё в горле. Она чувствовала, как рушатся её привычные методы и самоощущение, но это не давало ей права уступить окончательно.
— Я… — её голос дрогнул, но она заставила себя продолжить. — Я думала, что могу… использовать своё влияние, свою силу…
— Какую силу? — перебил он её с пренебрежением. — То, что ты зовёшь силой, — это всего лишь хрупкая сеть обмана. В один миг её можно порвать, и ты останешься ни с чем. Если хочешь доказать, что чего— то стоишь, ты должна быть готова столкнуться с реальностью, а не прятаться от неё.
Его слова проникали в её сознание, разъедая её уверенность, но вместе с тем, что— то пробуждали внутри. Она начинала понимать, что привычные приёмы больше не помогут ей; чтобы выжить и достичь свободы, нужно стать сильнее — не только для него, но и для себя.
Даард откинулся назад, и в его взгляде на мгновение мелькнуло что— то похожее на презрение.
— Ты всегда полагалась на чужую лояльность, скрывала свои слабости за манипуляциями и ложью. Но если хочешь выжить в этом мире тебе придётся стать по— настоящему сильной, — он холодно усмехнулся, наблюдая, как её лицо стало задумчивым. — Ты должна научиться видеть врагов, даже среди тех, кого называешь союзниками.