Останется лишь подождать первых вестников от его сподручной и объединив, информации о муже Аширо и активности дворцовых лордов, cформировать основу для действий. Установив наблюдение за подозрительными фигурами, он сможет отслеживать их перемещения, встречи и связи, выявляя тех, кто ведёт активную политическую или финансовую поддержку мятежников.
Дахор останется довольным. Мятежники будут на крючке, останется только держать Итоя вдали от этих планов и объяснить причину подобной осторожности императору.
Донесения, которые Аширо может делать под предлогом выполнения его указаний, станут ценным инструментом в стратегическом анализе. Её информация, пусть даже ограниченная, позволит ему создать карту влияния оппозиции, отследить очаги возможных диверсий или мятежей и заранее предотвратить их.
Используя систему наблюдения, которая объединяет донесения от Аширо и слежку за подозрительными лордами, будет легче предсказать, даже спрогнозировать, где будут организованы ключевые акции оппозиции. А если использовать агентурную сеть, чтобы собрать больше данных о тех районах, где подозреваемые лорды часто бывают или где замечена подозрительная активность, возможно быстро захлопнуть кормушку ненасытных червей.
После потери хранимой его переполняли эмоции боль утраты, чувство вины, cегодня проклюнулось чувство сожаления и злости на обстоятельства — это нарушало привычный самоконтроль и стратегическое мышление. Проще переключится на разоблачение мятежников и установление связей между заговором знати и Итоем, предателем и косвенно или напрямую ответственным за утрату Вики.
Эта борьба с заговорщиками как способ восстановить своё влияние, доказать силу и, в какой-то мере справиться с чувством беспомощности, которое образовалась после потери сэйры. Он не собирался погружаться в свои эмоции, которые привык подавлять, нельзя погружаться во власть зверя. Если так будут поступать все кому не лень, мир погрузится в темные века. Тем более так не стоит поступать ему, его зверь слишком силен, в чем-то лаже превосходит Дахора, чья кровь разбавлена с драконьей.
АШИРО
Рассвет мягко освещал её путь, и лёгкий туман, стелящийся над землёй, скрывал её фигуру, позволяя почувствовать себя в относительной безопасности. Сжимая в руке амулет, она ощущала его слабое тепло — напоминание о временной защите, которую ей дал cоветник. Этот амулет помогал ей оставаться невидимой для магических сетей наблюдения, которые могли бы выдать её присутствие.
"Интересно, почему он так заботится обо мне? Почему этот змайс, жестокий и расчётливый, даёт мне шанс на побег, если не считать его укуса, она ведь могла убежать и скрывать довольно продолжительное время?" — Аширо ненадолго задумалась, но быстро отбросила эти мысли. Слишком опасно расслабляться, слишком опасно сомневаться в искренности любого его поступка. Она знала, что Даард — хитрый игрок, и он дал ей этот амулет потому, что ему выгодно, чтобы она скорее добралась домой, это вовсе не жест заботы или покровительства.
Она двинулась по тропинке, которая вскоре привела её к тракту, о котором упоминал Даард. Впереди тянулась дорога, ведущая на юг, и Аширо чувствовала, как с каждым шагом её сердце билось всё быстрее. Ей нужно было добраться до ближайшего каравана, который направлялся в сторону Балкташа. Там, по её расчётам, будет возможность присоединиться к попутчикам, а затем, когда её следы скроются среди множества чужих, исчезнуть в собственных землях.
Пройдя несколько часов по дороге, она наконец заметила небольшой караван — несколько телег и всадников, сопровождающих группу купцов. Одетая в дорожный плащ, она приблизилась к ним, держа капюшон накинутым на лицо, чтобы скрыть эльфийские черты. Её взгляд встретился с охранником, который подошёл к ней, настороженно оглядев.
— Эй, странница, куда путь держишь? — спросил охранник, всматриваясь в неё. Взгляд его был суровым, но уставшим, и она поняла, что вряд ли ему интересна её история, лишь бы не возникло проблем.
— Я направляюсь в Балкташ, — её голос прозвучал уверенно, хотя внутри всё дрожало. — Сможете ли взять меня с собой? Я заплачу за место
Охранник скептически посмотрел на её фигуру, будто оценивая, не принесёт ли она проблем.
— Места для всех желающих нет, но если плата достойная, тогда впрягайся.