"Он забрал её у нас. Забрал хранимую. И теперь он смеет претендовать на твоё доверие, на твою близость?" — мысленно обращался он к Дахору, убеждая того нанести удар. — "Ты позволишь ему уйти от этого? Ударь. Разорви его на части."
Даард сжал кулаки, заставляя себя успокоиться. Он знал, Итой заслуживал наказания. Но действовать в порыве гнева — это было бы ошибкой. Дахор не согласиться действовать без оглядки. Он не может позволить себе поддаться инстинктам, их троих, многое связывало воедино. Но это было когда-то, сейчас все изменилось. Гнев и ярость внутри него требовали действовать здесь и сейчас. Требовала силой убедить императора. Превратить сомнения в однозначные выводы. Но он не мог. Не должен. Если он позволил бы своему зверю взять верх, всё, ради чего он боролся, рухнуло бы. Его цель была ясна: восстановить баланс, сохранить стратегию и убедить Дахора через факты, а не эмоции.
"Нет. Ещё не время," — напомнил он себе. Контроль — это единственное, что держало его на плаву. Если он позволит эмоциям взять верх, всё рухнет. Его планы, его стратегия, его возможность разоблачить Итоя перед Дахором — всё будет уничтожено в один момент. И он не мог себе этого позволить.
"Ты подождёшь, Итой," — подумал он. — "Но когда придёт время, ты заплатишь за всё."
Когда он снова заговорил, его голос стал мягче, но от этого слова звучали ещё более убедительно:
— Иногда я думаю, что ты не боишься зверя, Дахор. Ты боишься себя. Боишься того, что можешь потерять, если позволишь себе увидеть правду. Но правда не исчезнет, даже если ты закроешь глаза. Ты должен смотреть на неё. Потому что это не просто о тебе. Это обо всей твоей власти. О всей твоей империи.
Он сделал паузу, позволяя словам осесть. Он видел, как одеревенела спина друга после его слов, кончик его хвоста с силой сжал ножку тахты, на которой до этого располагался император. Было ли это сомнение или, напротив, едва заметное осознание, Даард не мог сказать.
— Знаешь, кто такие мятежники? — Даард шагнул ближе, после расставания с Аширо в лесу он оставался в человеческой форме, всерьез опасаясь, что, если даст слабину, змей перехватит контроль.
Cейчас он постарался, чтобы его голос звучал нейтрально, в надежде что это поможет Дахору отринуть все сомнения.
— Это не просто враги. Это хищники. Они наблюдают за тобой. Они изучают, где ты слаб, где можно ударить. Ты думаешь, они видят трон за тобой? Нет. Они видят тебя. И каждый раз, когда ты позволяешь себе сомнения, каждый раз, когда ты сдерживаешь зверя — ты становишься для них лёгкой добычей. Ты хочешь быть хищником, а не жертвой? Тогда ты должен смотреть правде в лицо.
Дахор все это время молчал, так и не дождавшись никакой реакции Даард снова заговорил, его голос был предельно твёрдым:
— У нас нет времени на сомнения, Дахор. Если ты хочешь сохранить трон, ты должен действовать. Я соберу доказательства, но ты должен быть готов принять правду. Даже если она причинит боль. Даже если она разрушит всё, во что ты верил.
Дахор посмотрел на него, его взгляд был тяжёлым, но в нём было что-то ещё. Признак осознания? Или начало конца их доверия? Даард не мог сказать.
— Найди эти доказательства, — наконец сказал Дахор. — Но знай, Даард... Я не позволю тебе ошибиться.
— Я не ошибаюсь, — ответил Даард, его голос был холодным, как сталь. — Ты увидишь это сам.
Когда саш Маарц покинул кабинет, его шаги были уверенными, но внутри него всё ещё бушевал шторм. Он знал, что его борьба с Итоем только началась. И на этот раз он не намерен проигрывать. Он прекрасно понимал, что для того, чтобы убедить Дахора, нужно больше, чем просто слова. Нужно подтверждение. Аширо, с её способностью проникать в тайны и манипулировать, была идеальным инструментом. Несмотря на её склонность играть на обе стороны, он знал, как использовать её амбиции себе на пользу.
"Аширо," — подумал он. — "Она любит думать, что управляет людьми. Но на этот раз она сделает всё, что нужно мне."
Даард решил обратиться к ней, чтобы собрать недостающие звенья цепи. Взять информацию, которой она владеет, и использовать её против мятежников. Но он знал, что это игра с огнём. Она всегда пыталась манипулировать, искать выгоду для себя.
"Я буду использовать её, но не позволю ей использовать меня," — твёрдо решил он.
ДАХОР
Кабинет вновь погрузился в тишину. Дахор стоял у окна, глядя на городские огни, простирающиеся перед дворцом. Его алые глаза отражали мерцание света, но мысли витали в глубине, где сливались ярость, сомнение и что-то тёмное, неясное, но уже не скрываемое зверем внутри него.